Пурга

Пурга, закрыты двери на засов.
Война — за корку хлеба средь волков.
Наш вой пронзителен, как страсть,
Как страх за то, что смог украсть.

Щелчок — и вот ещё одной бедой
Волк смог расстаться: с лапой он — живой.
И, понимая, верь — не верь,
Хоть волк, хоть сволочь, хоть бы зверь…

Он не искал иной судьбы себе,
Порою шёл он в ОПГ.
И небо, полное водой, и знак…
Казалось так, казалось так.

Он не боялся, и теперь
Всё ищет, будто в клетке зверь,
Не весть какой, слабее прут,
Чтоб выбить дверь, чтоб выбить дверь.

Не шут, не олух, не дурак — оскал
Заматерел и замолчал.
Молчание окажется огнём потом…
Откуда знал, откуда знал?

Дождём омоется слеза,
За ними выпадут снега.
А дальше — знаю, по весне…
О времена, о времена!

Во сне из запрети бежал, мечтал
И каждый день он дни считал,
И, ухмыляяся в оскал,
Из рук не брал, из рук не брал.

Свободы — чистая вода, испил,
И он бежал, что было сил.
И полевые лепестки…
Он вас любил, он вас любил.

Но повстречал в пути Творца — он взгляд…
В гробу, мол, пальцем не грозят.
Зазря хулил, и как щенка, —
Обратно в ад, обратно в ад.