Покушение без покаяния. Ч. 5, С. 4

Часть 5, Сцена четвёртая: «Сначала дали, а теперь отдай»
Сцена взята из моей пьесы «Святитель Тихон – патриарх Московский и всея России»


1929 год.  СССР, село Паншино. Коллективизация . Раскулачивание . В горнице крестьяне – некогда солдаты Первой Мировой и Гражданской (на стороне большевиков) войн Пахом и Савватий. В красном углу рядом с иконами портрет Сталина. Под Образами сидят Архангел Михаил и Обыкновенный человек

Па х о м
Попользовались, значится, и хватит?!
Сначала дали, а теперь отдай?!

С а в в а т и й
Земля, иного мужика богатит…
И, ежели богат стал – отвечай
По строгости советского закона…
Как сплуататор мелкий и буржуй…
Слуга антипартейного уклона.

П а х о м
Нет, Савва, брат.  Я им свою межу
Так просто не отдам. Мово там поту
Пролито, Савва, не одна бадья..
Мне слушать коммунарскую босоту
Резону нынче нет.

С а в в а т и й
                Бог им судья.

П а х о м
Коль отберут – я им судьёю стану.
А пуще – мой драгунский карабин.
Кто, где такого видывал обману…
Я им не дамся… И не я один.

(Язвительно)

Мужицка власть, мужицка власть… Всё враки!
А я ж её кормлю который год…
В Гражданскую, бывало, комуняки
Всё отымали, значит, чтоб господ
Не допустить в обрат – тут мы с понятьем.
А ноне мне за что такая честь?
Скотину, землю, всё отдай… А платье
Исподнее туда ж прикажешь снесть?

С а в в а т и й
Что глотку драть-то? Все одно без толку.
Я порешил отдать в колхоз всё сам.
Едино попрошу оставить тёлку,
Детишков чтоб кормить.

П а х о м
                Я этим псам
Не дамся, Савва. Здесь костьми и лягу.
Тебя же грабют, ты же и молчи.
Я коммунякам не давал присягу,
И от анбаров не отдам ключи.

С а в в а т и й
Отдашь… А не отдашь, Пахом – пристрелят.
Я батюшку тут вспомнил невзначай…

П а х о м
Федосия?..

С а в в а т и й
В него Пров, значит, целит,
А он твердит: украл, так отвечай.

П а х о м
Недолго, Савва, ждали мы ответу.

С а в в а т и й
Мы грабили именью, не ленясь –
Пустили бар с тобой по белу свету.
А ща по белу свету пустят нас.
И отвечаем мы, Пахом, стократно –
Всё, как провидец-батюшка предрёк…
Ить тыщи тыщ хрестьян в нужду обратно
Пойдут. И ни к чему уже урок
Им этот ноне?

П а х о м
                Не мытарь мне душу.
Какой урок? Моя земля! Моя!
Да я, скорее, Савва, сам порушу
И двор, и дом… Сожгу!

С а в в а т и й
                А как семья?

П а х о м
Да лучше сгинуть всем, чем жить без доли.

С а в в а т и й
И Тихон, патриарх покойный наш,
В окопах упреждал меня: николи
Не зарься на чужое. Тот блиндаж
Солдатский так и встал перед глазами,
Когда велели всем вступать в колхоз…
Мы эту власть с тобой вскормили сами.
Что ей теперь, Пахом, до наших слёз?

(С грохотом распахивается дверь и в горницу вваливаются несколько милиционеров с револьверами в руках. Во главе компании – Пров)

П р о в
Давай-ка, Савва, живо собирайся!
Чего глядишь? Ужель не признаёшь?
И ты, Пахом, иди. Да расстарайся
Собраться побыстрее… Чё ты ждёшь?
Постановленьем, значит, райсовета
Ссылают вас, как злостных кулаков…
И с вами семьи едут. Всех предметов
По малой норме взять.

(Сжавшись, как пружина, Пахом низко опускает голову и выходит, намеренно расталкивая милиционеров)

С а в в а т и й
                Помилуй, Пров!
Я всё отдам в колхоз… И токмо тёлку
Хочу заради деток придержать.

П р о в
Ты, Савва, стал нам враг, и под метёлку
Трудящих масс принужен отъезжать.
Мы жалости к врагам советской власти
Иметь не можем. Мы – большевики.
И от кулацкой, значится, напасти
Народ избавим, контре вопреки.

(Савва обессилено опускается на лавку)

П р о в
Чего расселся? Живо собирайся.
Семью твою уж взяли со двора.
Сидят в телеге.

С а в в а т и й (себе)
                Кайся, Савва, кайся.

(В горницу вбегает милиционер)

М и л и ц и о н е р
Там дом горит! Семья там, детвора!

(Слышны выстрелы)

П р о в (торопливо)
Ты, Савва, не шуткуй мне, не играйся.
(милиционеру)
Туда им и дорога. Пусть горят.

(Пров и милиционеры выбегают)

С а в в а т и й (себе)
Прости мя, Боже! Кайся, Савва, кайся!

(Пытается собирать какую-то верхнюю одежду, какую-то еду. Снова обессилено опускается на лавку, обречённо произносит)

Вот и ответил, Савва, ты стократ.


О б ы к н о в е н н ы й  ч е л о в ек
Прости, невольно слёзы навернулись.
Я деда своего не видел, но
Во мне воспоминанья всколыхнулись
Мне батя мой рассказывал… давно,
О дедовой судьбе. Всё, как вживую.

А р х а н г е л  М и х а и л
Всё как вживую. Так оно и есть.
Когда война пришла, страну родную
Поднялись защищать, забыв про месть,
И горе-кулаки со всем народом.
И воевали, жизни не щадя,
Отмеченные общим русским кодом.
И понимая: Бог всему судья!

О б ы к н о в е н н ы й  ч е л о в ек
И мой был раскулачен дед, и с сыном   
На фронт ушёл без громогласных слов,
Погиб… А батя встретил под Берлином
Победу… Я туда слетать готов.

А р х а н г е л  М и х а и л
Летим в Берлин…