75. ОТЕЦ

 ОТЕЦ   

Я  жив  уже  седьмой  десяток  лет.

Задуматься  -  как  щедр  подарок  Божий!

Был  первый  дар  -  рождение  на  свет,

Второй,  что  я   довольно  долго  прожил,

 

Поскольку  полагал  итог  найти

Ну  где-то  сразу  после  тридцати.

Да,  ошибался,  ибо  был  дурак,

И,  честно  говоря,  ошибке  рад.

 

Хоть  унывать  причины  я  имел,

И  смерти  жаждать  я  имел  причины,

Но  Голос  был:  «Знай,  ты  не  слаб,  но  смел,

И  не  тебе  стремиться  к  мертвечине

 

И  ранний  обозначивать  конец.

Ты  человек,  и,  значит,  ты  борец.

Борись!»

 

 И  я  боролся,  как  умел,

Отчаиваясь,  падая,  вставая.

Шёл  Некто  рядом,  если  я  слабел,

Ослабшему  мне  руку  подавая.

 

Я  этою  рукою  был  ведом,

И  потихоньку  обреталась  вера.

И  я  таки  пришёл  в  Отцовский  дом

(вали  к  чертям  пугавшая  химера!).

 

Я  сложно  жил  и  счастлив  наконец.

За  всё,  за  всё  благодарю,  Отец.

                22.12.22.

 

 

               ПАПЕ.

 

Всё  чаще  вдруг  ловлю  себя  на  мысли,

Что  позвонить  тебе  я  позабыл.

Вскочу,  рванусь  и…  тут  же  гаснет  пыл:

Не  бред  ли,  коли  здраво  поразмыслить,

 

Звонить?  Уже  пятнадцать  лет  прошло.

К  тебе  на  День  Победы  ездят  внуки

И  правнуки,  и  ты  к  ним  тянешь  руки

Травы,  и  пожимаешь  тяжело

 

Ладонь  мне,  скажем,  дужкою  ведра

Или  суровым  черенком  лопаты.

Тебя  мне  очень  не  хватает,  папа,

Хоть  встретиться  уже  близка  пора.

 

Мне  хочется  с  тобой  поговорить

На  склоне  лет  простецки,  но  по  сути.

Нас  кантами  мудрили  в   институте,

Да  кантов  тяжело  переварить.

 

Давай  попроще  -  август,  березняк

Да  шляпок  белых  полная  корзина…

А  детский  сад,  а  девочка  Марина,

И  вот  её  отъезд,  вот  я  -  слизняк.

 

Пустяк?  Потом  за  шесть  десятков  лет

Грядёт  грехов  страшней  такая  туча!

Пусть  бесы  мучат,  ты  меня  не  мучай,

Меня,  покуда  жив  я,  пожалей.

 

Эх,  если  б  сесть  с  тобою  за  столом,

Разлить  и  опрокинуть  по  стакану,

Я  может  быть  честней  и  чище  стану,

И  помирать,  глядишь,  не  будет  в  лом.

 

Я  начал  с  детства,  детством  завершу,

(не  от  того,  что  в  детство  впасть  рискую).

Я,  папа,  просто  по  тебе  тоскую,

Твоей  отцовской  нежности  прошу. 

                11.01.22.



                * * *             

*« вкусите и откроются глаза ваши, и вы будете, как боги…»

                Бытие 3:5

На  седьмом  десятке  не  с  серпом ,  не  с  молотом,

А  со  злым  горбом  грехов    во  ночи   не  сплю,

В  синем  небе,  колокольнями  проколотом,

Всё  грядущее  провидеть  норовлю  -

 

Участь  собственную,  участь  всепланетную

(хоть  моя-то  участь  ясно,  что  в  аду).

А  планета…  Что  планете  присоветовать?

Свой  финал  не  разменять  на  ерунду.

 

Всё  растрачено,  профукано  да  просрано;

Было  дадено,  теперь  остался  пшик.

На  последней  человечества   на  росстани

Дан  последний  шанс  спасения  души.

 

Всё  играли  в  игры  мы,  да  заигралися  -

Скушать  яблочко,   прикончить  братана…

Нам  настолько  всё  обыденным  казалося  -

Что  вина?  Какая  ей  цена?

 

А  вина-то  наша  перед  всей  вселенною,

Той  вселенной,  что  теперь  трещит  по  швам.

Мы  ж  такого  натворили  охрененного,

Что  конец  приходит  миру,  ясно  вам?

 

Матерьяльный  мир  гремит,  трещит,  ломается

И,  как  нефть,  из  недр  выдавливает  стыд.

От  стыда  б  сгореть  нам  да  в  слезах   покаяться,

Может  Бог  и   окаянников*  простит.

                23.01.23.

* окаянник  -  отверженный,  проклятый.