Опять тридцать пять

Чудна’я дата снова посетила,
Преследует навязчиво число –
Рефреном позабытого мотива
Напоминаньем давним окатило,
Каштановым цветеньем проросло.

Но что за дата, стоит ли волненья
Пространства-время призрачная нить,
Когда б не добровольное плененье,
Страстей сердечных вечное горенье
К той женщине, с которой счастлив жить.

О ней писать могу я неустанно,
Но речь сегодня о другом пойдет -
О жизни - занято'й и окаянной,
Порою - доброй, а порою - странной,
Но необъятной, как небесный свод.

Зарубок ряд на раме проступает -
...двенадцать... девятнадцать... тридцать пять...
Что эти годы значат? Кто там знает...
Но как-то их количество влияет
И норовит последнее забрать.

Мне было 35 в тот год прощальный –
Страшась решиться на серьезный шаг,
Я пасовал перед полетом дальним,
В неведеньи казался он летальным,
И было непонятно есть ли враг.

Но почему так 35 смущает?
Да потому, что рубит пополам,
Надуманного выбора лишая -
Где родина, а где страна чужая,
И разделяя жизнь на здесь и там.

Вновь 35 обрушились лавиной,
Мне - 70, но продолжаю тлеть.
"По что, господь, опять ты месишь глину?" -
Спрошу я, отмечая половину,
А он ответит: «Может это треть?»
Апрель 2026

На фотографии - мы с Региной в аэропорту JFK, 20 апреля 1991 года.