Головники

Они пришли не в двадцать семь, не в двадцать пять,
Лет в тринадцать — стали навещать.
Сначала тихо, мимоходом, как бы невзначай
«Привет, братишка, мы тут рядом, не скучай».

Я думал — ерунда, пройдёт, мысли, ну и что,
Все так живут, у всех бывает, ничего.
Но эти твари никуда не делись,
Они как занозы — в башке моей расселись.

Твердят, что останутся навечно в голове,
И с каждым годом всё больше их во мне!
К двадцати — поставили диванчик у дверей,
Расположились, стали всё наглей.

И с каждым годом всё сильней
Шепчут мне: «Ты не робей».
Пробовал забить, забыть, залить, заесть
Они всё тут, они всё здесь, они всё есть.

Просветов мало — день, неделя, может час,
И снова стук, и снова: «Ты скучал без нас?».

Головники стучат — а я открывать не буду!
Почему преследуете меня повсюду?!
Башка моя — не ваш притон!
Свалите к чёрту — пошли все вон!


Кобейн и Честер — вели беспощадный бой,
Но не смогли справиться они с собой.
Ведь демоны кричали громче их гитар,
И всё жарче в голове пылал пожар!

Они лечили мир — но не себя,
Сгорали изнутри день ото дня.
В темноте, где нет ни слов, ни нот,
Где каждый сам свой бой ведёт.

Я тоже слышу этот шёпот по ночам,
Они подбирают ключи к моим дверям.
Но я не стану жертвой — не сейчас,
Ведь обращаюсь к Богу каждый раз.

Не каждый день победа — это факт,
Но каждый день сжимаю крепче кулак.
Они грызут меня — а я держусь,
Упал — встаю, и снова в бой я рвусь.

Я не сдаюсь, пока могу дышать.
Меня не так легко сломать.

Моя вера — мой надёжный щит,
Когда внутри всё рвётся и горит.
Пускай скребут где-то там в висках
Не проиграю я с молитвой на устах.