Евгений Онегин долой Петербург

Ах, надоели мне селенья
И толпы шумные людей,
Ох, как же хочется мгновенья,
Где было б просто мне родней,
Где были бы мне всласть красоты,
Где жизнь моя была б светлей,
Нам всем бы страстные широты
И брата-ветра понаглей.
Вот я надумал и пора,
Ведь счастья слабы те мгновенья,
Что так скучны, как откровенья,
Что упускаю я сперва.

Отнюдь, но не о том же речи,
Ведь если был бы я так прост,
То тратить и не стал бы свечи
Поведать чтоб покоя рост.
Ведь встретил я себе же брата,
Такого, что и не найти,
Любви покорного солдата,
Не знаю, как сошлись пути.
Он так любил, что то не сможет
Не только чахлая душа,
Всю жизнь плывёт что не спеша,
Которой мало что поможет.
Но так не смогут же и те,
Познали счастья что везде,
Прошли все муки и разлуки,
Ни разу не бывав у скуки.

Владимир вовсе не таков,
Он был красив, хорош собой,
Но всё же с давности веков,
Погряз в любви тот с головой,
Не вылезая с этих бед,
Он как глухой и старый дед,
Не обращая в то вниманья,
Узря стандарт очарованья,
Невольно он решил любить
И обо всём другом забыть,
Но мне страшны его услады,
Ведь все вокруг тому же рады,
Их только с Ольгой под венец,
Как то ему трепал отец,
И Ларин был на то согласный,
Как будто был контракт негласный.

Но что уж долго распинаться,
Скучны уж больно мне все те,
Кто удосужился ручаться
Одним шаблоном в красоте,
Хорош он, но и был уже.
И был он в самых-самых книгах,
И был он в гуще серых дней,
И был он даже на могилах,
И просто есть среди людей.

А Таня же неординарна
И тем собою мне мила,
В каком-то роде уникальна,
Но верно я читал слегка
О тех прекраснейших идеях,
Что так пленили русский свет,
О той печали и картинах,
Которым смены же и нет.
Она похожа, очень даже,
Но знать я просто не могу,
Что на уме её уляжет,
В таком её же и быту.
Она всё время нелюдима,
Сестры красою победима,
Она печальна и юна,
Весь день лишь смотрит из окна,
Она боится всё и сразу,
Как будто только ждёт заразу,
Чтоб испугнуться посильней
И заикаться до последних дней.

Отнюдь не посягнуть бы тоже
На святость сна, его покой,
Но всё же время непогоже,
Чтоб смахивать его рукой,
Но так и делает Татьяна,
Встречая утро до зари,
А после, даже всё ж не рьяно,
Встаёт, а с ней свечные лишь огни,
Что ей привычнее зари.