Ради высокого рейтинга. глава 16. чапаевск, 1991 г

РАДИ ВЫСОКОГО РЕЙТИНГА. Глава 16. Чапаевск, 1991 год.

Всю дорогу от аэропорта до общежития, где по-прежнему проживала мать Володи, Стас вертелся на сиденье, так и норовя вылезти в окошко везущего их такси, чтобы ничего не пропустить. Владимир наблюдал за ним с лёгкой полуулыбкой. В свои двадцать лет он стал спокойным и рассудительным юношей, который, наконец-то, перестал считать всех окружающих его людей своими врагами и примирился с жизнью, неожиданно для самого себя обнаружив вдруг, что она не так плоха, как ему, почему-то, казалось раньше. Отчасти ему помогла в этом церковь, которую он посещал уже четыре года. Правда, в университете он немного забросил это дело, пристрастившись к обычной весёлой студенческой жизни; даже мечты о монашестве постепенно уступили место более реальным и практичным планам на будущее.

Стас Лебедев тоже был частью этой весёлой и бесшабашной студенческой жизни. Он был живой, подвижный, как ртуть, и ни минуты не мог усидеть на одном месте. С одной стороны, казалось, что между двумя молодыми людьми не может быть ничего общего. Но, как известно, противоположности притягиваются. На протяжении уже нескольких лет они делили одну комнату в студенческом общежитии, а также все проблемы и развлечения разгульной свободной жизни. Причём, все эти проблемы – и весьма многочисленные – как правило, обычно создавал Стас. Он же отвечал и за развлечения. Будучи единственным сыном довольно состоятельных родителей, он с детства привык пользоваться всеми радостями жизни и с удовольствием вовлекал Владимира во все свои безумные авантюры. А Володя с удовольствием позволял вовлечь себя, а потом, со свойственным ему спокойствием и рассудительностью, помогал им обоим выпутаться из очередной заварушки.

В общем, они были хорошими друзьями. Неугомонный Стас вносил приятное разнообразие в жизнь слишком разумного и серьёзного, на его взгляд, Владимира и при этом был от него без ума. Володя тоже искренне любил своего друга. Настолько сильно, что даже пригласил его на каникулы к себе домой, чего никогда раньше не делал. И, честно говоря, ему было абсолютно плевать на то, что это вызовет недовольство у его матери. У него был шанс весело провести ещё пару недель, и он не собирался от этого отказываться.

Мать… При одном воспоминании о ней и о доме на Владимира накатывало то же самое чувство, которое он испытывал в кабинете зубного врача в ожидании, когда ему начнут сверлить ноющий зуб. Непонятное чувство то ли боли, то ли облегчения, - нечто такое, без чего невозможно обойтись, но чего всеми силами хотелось бы постараться избежать.

Володя не виделся с матерью уже более трёх лет. Он специально поступил в университет, находящийся в другом городе, чтобы вырваться, наконец, из этой западни и начать жить нормальной жизнью. И это, надо заметить, ему вполне успешно удавалось на протяжении вот уже трёх лет. Владимир учился самозабвенно, так, словно от этого зависела вся его жизнь, - и это действительно было так, - и посвящал занятиям практически всё своё время. А ведь помимо учёбы ему приходилось ещё и работать, чтобы содержать себя, так как мать за все эти годы не послала ему ни копейки. Она вообще искренне считала, что университет – это напрасная трата времени, сил и денег, и, если бы на то была её воля, никогда не позволила бы сыну учиться дальше. Но, к счастью для самого себя, за последние годы Володя сильно изменился. Мало того, что он стал очень хорошо учиться и, приложив все усилия, окончил школу с очень даже неплохими отметками, что позволило ему без труда поступить в университет вопреки воле матери, так он сумел обойтись даже и без её материальной помощи.

Где только он за всё это время ни работал!.. И на бензоколонке, и дворником, и грузчиком, и продавцом, и инструктором в конно-спортивной школе. Ему было всё равно, где работать, лишь бы за это хоть немного платили, и он мог бы продолжать жить один в чужом городе.

Самые тёплые воспоминания у Володи остались именно от конно-спортивной школы, куда он попал чисто случайно ещё в самом начале своей учёбы в университете. Стас тоже посещал её; может быть, именно поэтому у них так быстро установились такие тёплые и дружеские отношения. Володя с детства безумно любил лошадей, хотя раньше и не имел никогда возможности серьёзно ими заниматься, и это взаимное увлечение быстро сблизило обоих юношей.

Все эти три года мать пыталась писать ему письма и звонить, но все её письма Владимир рвал, не читая, а на звонки в общежитие и университет просил отвечать, что его нет. Мать всегда просила его перезвонить ей, но Володе, давно уже жившему своей жизнью, даже никогда и в голову не приходило сделать это. Всё, что когда-либо связывало его с матерью, осталось где-то позади, и она уже не способна была вызвать у него хоть какие-то чувства.

Даже долгие годы искренней веры в Бога и теперь уже почти позабытые мечты о монашестве не смогли вытравить из его сердца всю боль и обиду, накопленные за детские годы, и научить его смирению и всепрощению. Мятежная сущность Владимира прорывалась из-под оков не до конца осознанного благочестия. Господь Бог так и не сумел научить его христианской добродетели и всепрощению, и злопамятный Владимир до сих пор помнил все свои былые обиды и не намерен был когда-либо их забывать.

Но неделю назад мать прислала телеграмму, в которой сообщала о своём плохом самочувствии и требовала немедленного приезда. При известии о болезни матери что-то шевельнулось в душе Владимира, - что-то наивное, трепетное, давно позабытое. И, хотя он давно уже поклялся себе никогда больше не возвращаться в этот Богом проклятый городок, где он провёл своё безрадостное детство, он всё-таки решил съездить домой и навестить свою мать, - раз уж она так жаждет этого. А заодно и прихватил с собой своего лучшего друга, чтобы поменьше расстраиваться и переживать при встрече с ней.

Правда, эта встреча оказалась даже ещё более тяжёлой, чем Володя, по простоте душевной, склонен был предполагать. Открыв им дверь своей убогой комнатки, Мария лишь бросила неприязненный взгляд на Стаса и совершенно молча отступила, позволяя им войти. Владимир так же молча провёл друга в дальнюю часть комнаты, за самодельную перегородку, где он сам некогда жил.

- Похоже, твоя мамаша не слишком рада меня видеть? – задумчиво пробормотал Стас, и Володя с грустью отметил, что жизнерадостности в его голосе поубавилось. – Ты же сказал, что она не будет против моего приезда!..

Владимир не стал пока огорчать друга признанием в том, что он вообще даже не потрудился поставить мать в известие о своём приезде, и поэтому то, что он объявился, да ещё и не один, было для неё сюрпризом. И, похоже, не слишком приятным. Пытаясь ободрить Стаса, - а возможно, даже и самого себя, - он просто сказал:

- Не обращай на неё внимания! Она всегда такая! Вечно чем-то недовольная…

В принципе, это действительно было так…

Стас пожал плечами, явно не удовлетворённый до конца таким объяснением, но всё-таки немного успокоенный. Владимир задвинул все их вещи, привезённые с собою, в угол комнаты и вышел к матери.

Она ждала его в общем коридоре общежития. И на её лице было явно написано недовольство.

- Здравствуй, мама! – примирительно улыбнулся ей Володя, искренне желая наладить отношения и надеясь лишь на то, что сделать это ещё не поздно. – Как ты себя чувствуешь?

- Какого чёрта ты притащил его сюда? – вместо приветствия бросила ему в лицо Мария, совершенно не думая о плохой звукоизоляции и не опасаясь того, что гость может услышать её не слишком приятные для него слова.

- И это всё, что ты можешь сказать мне после стольких лет разлуки?.. – мягко упрекнул её Владимир, изо всех сил стараясь не показать своего разочарования и обиды. – Могла бы, по крайней мере, сказать, что соскучилась и рада меня видеть!..

- Ах ты, щенок паршивый!.. – злобно взвизгнула мать. – Не тебе меня учить, что и когда мне следует говорить!..

Лицо Владимира окаменело. Где-то в глубине души он всё ещё питал детские наивные надежды на то, что его мать изменилась, что она действительно хочет увидеть его, что она будет рада их встрече… Но теперь он понял, что она не только нисколько не изменилась в лучшую сторону, а, напротив, годы сделали её ещё более озлобленной и истеричной.

- Зачем тогда ты столько времени просила меня приехать? – дрожащим от плохо сдерживаемой ярости голосом проговорил он. – Зачем нужны были все эти паршивые письма, все эти звонки, телеграммы?.. Я прекрасно жил без тебя все эти годы, - и ты, как я полагаю, тоже!.. Зачем же тогда ты заставила меня приехать? Я не видел тебя три года и не желаю больше видеть никогда в своей жизни! Всё!.. Оставь меня в покое! Сейчас я уеду, - и не смей больше меня преследовать!..

Владимир резко повернулся, полный решимости извиниться перед Стасом за испорченные каникулы, забрать вещи и уехать навсегда, прочь из этого проклятого дома, который никогда и не был для него домом, но в самый последний момент, когда он уже протянул было руку к двери комнаты, мать вцепилась в его рубашку.

- Володя!.. Прости меня!.. – истерично завопила она.

Владимир оглянулся, и Мария испуганно отшатнулась от него, поражённая лютой ненавистью, горящей в глазах её обычно спокойного и бессловесного сына.

- Что тебе ещё надо от меня? - резко спросил он, и мать поняла, что он действительно сейчас уйдёт, не позволив ей даже ничего ему рассказать.

- Не уезжай!.. – почти взмолилась она, и по её щекам потекли слёзы. – Я… я действительно плохо себя чувствую! У меня рак… Врачи говорят, что мне осталось несколько недель…

Владимир невольно застыл на месте. Он внимательно посмотрел на мать и понял, что она не лжёт. Она действительно была тяжело больна. И как это он сразу не понял этого по её осунувшемуся, словно вылепленному из воска лицу, по её горящим безумными огоньками глазам?.. Она была больна, и Владимир неожиданно для самого себя ощутил острую жалость и сочувствие. Он, считавший себя уже не способным ни на какие чувства по отношению к ней, жалел теперь эту совершенно чужую для него женщину, по воле судьбы являющуюся всё-таки его матерью.

- Неужели всё на самом деле так серьёзно? – спросил он, не сумев сдержать волнения в голосе.

- У меня рак груди, - продолжая плакать, пояснила женщина. – Мне уже сделали одну операцию, но не совсем удачно. Химиотерапия тоже не помогла. Надо было делать ещё одну операцию, но я никак не могла решиться на неё. А теперь уже слишком поздно. Раковая опухоль дала метастазы, и теперь уже ничего сделать нельзя. Остаётся только ждать смерти. Но врачи сказали, что ждать её уже недолго, - максимум, два – три месяца.

- Что же ты сразу не сообщила мне об этом! – вскричал Владимир. – Ты должна была мне сказать!..

- Я пыталась несколько раз дозвониться до тебя, - тихо призналась Мария. – И письма тебе много раз писала. Но ты не отзывался. Поэтому я и послала эту телеграмму, чтобы хотя бы увидеть тебя в последний раз перед смертью…

Владимир ощутил запоздалое раскаянье, вспомнив о том, с какой яростью рвал её письма, даже не распечатывая. А оказалось, что в них мать пыталась сообщить ему о своей болезни и попросить помощи… Господи, какой же он всё-таки идиот!..

Какое же он всё-таки ничтожество!..

- Но неужели уже ничего нельзя сделать? – в отчаянье воскликнул Владимир, неожиданно для самого себя вдруг осознавая, что он всё ещё любит эту женщину. - Может быть, нужны деньги?.. Ты только скажи мне, - и я их достану! Давай поедем в Москву…

Мать грустно покачала головой и улыбнулась ему, - похоже, в первый раз за всю его жизнь.

- Теперь уже слишком поздно, - сказала она.

Владимир опустился прямо на пол и вдруг заплакал, не стыдясь своих слёз. Он никогда не плакал даже в детстве, и поэтому Мария, удивлённая такой его реакцией, некоторое время просто стояла рядом и смотрела на него. Потом, пару минут спустя, она опустилась на пол рядом с ним, обняла его и тоже заплакала.

Наверное, в это самое мгновение они оба смогли простить друг другу все былые ошибки.

Но было уже, к сожалению, слишком поздно.

* * *

Мария умерла даже раньше, чем предполагала. Не пришло и двух недель со дня приезда сына, как ночью ей стало плохо, и вызванная Володей скорая помощь увезла её в больницу. Там она пробыла всего пять дней. Врач с самого начала предупреждал Владимира, что ей осталось совсем немного, но даже он не ожидал, что всё произойдёт так быстро.

Мария умерла ночью, во сне. Узнав об этом, Владимир ощутил немыслимое облегчение из-за того, что она хотя бы не мучилась. Всё-таки, несмотря на всю свою показную чёрствость, в душе он не был жестоким человеком, и сама мысль о том, что матери пришлось страдать, вызывала у него дрожь.

После её смерти Володя неожиданно ощутил в своей душе такую пустоту, что ему стало страшно. Какой бы она ни была, как бы он к ней ни относился при жизни, - всё-таки она была для него единственным родным человеком на этой земле, и теперь, когда её не стало, он вдруг почувствовал себя бесконечно одиноким.

Чтобы избавиться от этого непонятного и не совсем приятного чувства, Владимир вместе со Стасом пустился во все тяжкие. Стас был воистину великолепным проводником в мире беспробудного пьянства и порока, и под его мудрым руководством Володя скоро потерял счёт безумным ночам и легкодоступным женщинам, сменявшим друг друга в его кровати. За прошедшие со дня того гнусного изнасилования годы он никогда не позволял себе даже близко подойти к какой-либо девушке, считая, что навеки обречён стыдиться и сторониться их, а сейчас он словно с цепи сорвался. Не было больше ни раскаянья, ни болезненных воспоминаний, - была лишь нескончаемая череда доступных тел. Именно тел, - потому что в пьяном угаре Володя не видел их лиц и не старался запомнить их имён. Вереница тел, с которыми он на миг забывался, а когда наутро проснувшаяся и протрезвевшая совесть давала о себе знать, он попросту заглушал её очередной порцией спиртного.

Так продолжалось несколько недель, пока не настал тот вечер, который изменил всю его жизнь.

Однажды на дискотеке Стас познакомился с молоденькой девушкой, лицо которой показалось Владимиру смутно знакомым. Но он был уже слишком пьян, чтобы всерьёз задумываться о том, кто это, а тем более, чтобы заметить полный удивления взгляд, брошенный на него этой девушкой, когда Стас подвёл её к нему и представил их друг другу. В отличие от самого Володи, она его сразу же узнала, но юноша был к тому времени уже в таком состоянии, что напоминать ему об этом их былом знакомстве просто не имело смысла.

Ближе к ночи, когда вся компания, наконец, выбралась из очередной пивнушки и засобиралась домой, Владимир и его подружка на этот вечер накачались так сильно, что он даже и не заметил, как новая девушка, выглядевшая слишком юной, порядочной и чистой для их буйной компании, поехала вместе с ними, - а точнее, со Стасом. И поэтому Володе, естественно, даже и в голову не пришло, что малопьющая, в принципе, девушка, с непривычки опьянела настолько, что с ней можно было делать всё, что угодно. Чем и воспользовался ничуть не менее пьяный Стас.

Под утро Владимир проснулся от непривычных и непонятных звуков. Кто-то тихо плакал где-то совсем рядом. Голова жутко раскалывалась после вчерашнего, и в первое мгновение Володя даже подумал, что эти звуки ему просто померещились с похмелья. Но плач не умолкал. Тихие сдержанные рыдания становились захлёбывающимися, перемежаясь время от времени с горькими вздохами и всхлипами. Совершенно ничего не понимая и очень плохо соображая спросонья, Владимир осторожно отодвинул спящую рядом с ним девушку, встал с кровати и вышел в коридор.

Девочка сидела на маленькой скамеечке для ног и плакала навзрыд, прижимая к глазам накрахмаленный кружевной платочек.

Володя так и застыл на месте, не в силах вымолвить ни слова. Девушка подняла голову, и их глаза встретились, - заплаканные, переполненные до краёв слезами тёмно-синие и изумлённые, ошарашенные небесно-голубые. Всё тело юноши на миг как бы онемело и потеряло чувствительность; осталась только острая, всепоглощающая боль, терзающая, казалось, каждую клеточку его существа. Недаром, даже вчера вечером, в пьяном угаре, это лицо показалось ему знакомым. Девочка из детства, та самая, которая столько лет нравилась ему, и о которой он не смел даже и мечтать, сидела сейчас на пороге кухни, где спал Стас, и горько плакала.

Володя беспомощно облокотился на косяк двери. Перед его глазами всё в буквальном смысле слова померкло: от боли, от разочарования и от какого-то ещё непонятного, щемящего душу чувства, которому он не готов был пока дать название.

- Света!.. – только и выдохнул он.

Девушка совсем по-детски отерла рукавом глаза и шмыгнула носом. Владимир подумал о том, что ей, наверное, едва ли исполнилось лет шестнадцать – семнадцать, и ярость и ненависть к Стасу переполнили его сердце.

- Господи, что он с тобой сделал?.. – в отчаянье прошептал юноша, опускаясь перед девушкой на колени и обнимая её за плечи. Но, вместо того, чтобы успокоиться, как он, в общем-то, ожидал, Света заплакала ещё сильнее, - так горько, что Владимиру показалось, что у него самого разрывается сердце.

Он молча подхватил её на руки, отнёс в комнату, посадил на мягкий кожаный стул и дал ей стакан с водой. Зубы Светы стучали о тонкое стекло, но Володя заставил её выпить стакан до дна, взял его из её рук и тихо спросил:

- Ещё?..

- Н-нет, - заикаясь, покачала головой Света.

- Ты была со Стасом? – осторожно поинтересовался Владимир, хотя при одной мысли об этом у него в душе всё переворачивалось. – Что он сделал? Он обидел тебя?

- Н-нет, - снова качнула головой девушка.

- Почему же ты тогда плачешь? – удивлённо спросил её Володя.

Вместо ответа из глаз Светы снова хлынули слёзы.

Владимир обнял её за плечи и, укачивая, как ребёнка, попытался успокоить.

- Ну-ну, не плачь!.. – бормотал он, с трудом подбирая слова. – Расскажи мне, что с тобой случилось? Может быть, я смогу тебе чем-нибудь помочь?

- Нет, - всхлипнула девушка. – Ты никогда не сможешь меня понять!

- Я очень постараюсь! – заверил её Володя. – Поверь мне, тебе самой станет гораздо легче, если ты не будешь всё держать в себе!

Он чувствовал, что говорит сейчас банальности, но ему просто не хватало слов, чтобы утешить её.

- Я… я не должна была приезжать сюда! – прошептала Света. – Вчера я была слишком пьяной и ничего не соображала… Вообще-то, я совсем не пью… Я не знаю, что на меня вчера нашло… Я просто не соображала, что делаю…

Владимир почувствовал, как в нём закипает ярость.

- Стас воспользовался тем, что ты была пьяной? – спросил он.

Света снова всхлипнула.

- Я не знаю… Я ничего не помню… Просто я проснулась сегодня утром, а он рядом спит… А я совсем ничего не помню…

- Как ты с ним познакомилась? – спросил Володя.

- Вчера на дискотеке, - удивлённо подняла на него заплаканные глаза Света. – Ты тоже там был. Разве ты не помнишь?

Владимир покачал головой, ненавидя и презирая себя за то, что накануне накачался до такого состояния.

- Я тоже был пьян, - чуть поморщился он. – Он, что, уговорил тебя поехать с нами?

Света снова закрыла лицо руками и заплакала ещё горше прежнего.

- Ну, не надо плакать!.. – снова попытался успокоить её Владимир. – Всё же в порядке! Ничего страшного не произошло!..

- Это для тебя ничего страшного не произошло!.. – с отчаяньем в голосе всхлипнула девушка. – А я теперь не знаю, как мне жить дальше! Господи, что же я наделала?..

Жуткая догадка мелькнула в голове у Владимира, и на мгновение ему стало очень сильно не по себе.

- Света, - осторожно заговорил он, - ты когда-нибудь раньше была с мужчиной?

Девушка мгновенно вспыхнула, испуганно опустила глаза и покачала головой.

Мир взорвался перед Володиными глазами и рассыпался на тысячи разноцветных осколков.

- О Господи!.. – только и сумел выдохнуть он. – Я убью этого подонка!..

Он бросился на кухню и застал друга сидящим на кровати с туповатым видом и протирающим глаза.

- Ну, и ночка выдалась!.. – глуховатым спросонья голосом пробормотал Стас. – Похоже, я вчера здорово перебрал!.. – Он поднял глаза на Володю, и его взгляд моментально стал осмысленным. При виде перекошенного яростью лица друга рассеялись последние остатки сна, и Стас тут же обрёл способность соображать.

- Что случилось? – с тревогой спросил он.

Владимир, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на него с кулаками, обвиняющее скрестил руки на груди и дрожащим от ненависти голосом спросил:

- Ты спал с ней?

- С кем? – не сразу понял Стас.

- Со Светой!..

- Со Светой?.. – непонимающе переспросил он, недоумённо уставившись на Володю и тщетно пытаясь припомнить, что было накануне. – А, ты имеешь в виду ту светленькую девочку!.. Где же мы её вчера подцепили?.. – догадался он, наконец. – Ну, да, конечно, я спал с ней!

Владимир едва сумел удержаться, чтобы не наброситься на него с кулаками.

- Как ты мог?! – закричал он, ничуть не опасаясь разбудить соседей, и без того уже имеющих к ним кучу претензий. – Она же ещё совсем ребёнок!..

- Она сказала, что ей двадцать, - нахмурился Стас, начиная понемногу что-то припоминать. – Постой, постой, а что ты так кипятишься? Насколько я помню, вчера ты не имел ко мне никаких претензий!

- Вчера я был пьян! – выпалил Владимир.

- А при чём здесь я? – резонно поинтересовался Стас, по-прежнему ничего не понимая.

- Ты не должен был трогать её! – заявил Володя.

- Слушай, вчера ты был вовсе не против!.. – удивлённо пробормотал его друг. – Откуда же я мог знать, что сегодня ты будешь готов убить меня из-за какой-то девчонки?.. Я же не ясновидящий!..

Владимир невольно отступил на шаг назад. Разумом он понимал, что Стас прав. Но сердцем… Чёрт возьми, да он сходил с ума при одной только мысли о Свете и Стасе, занимающихся любовью!..

- Кстати, где она сейчас? – спросил его Стас. – Уже ушла?

- Плачет в моей комнате, - ответил Володя.

- Плачет? – недоумённо повторил Стас. – А что случилось?

- Раскаивается в том, что произошло, - пояснил Владимир.

- Почему? – изумился его друг. – Ей не понравилось? Или я сделал что-то не так?

Владимир посмотрел на него с каким-то странным выражением в глазах и покачал головой.

- Она не помнит, к сожалению, что именно и как ты сделал, но переживает из-за того, что это вообще случилось. Для неё это было в первый раз.

Стас несколько раз ошарашено моргнул, не в силах до конца осознать смысл его слов.

- Что?.. – изумлённо переспросил он. - Ты шутишь?

- Нет, - с непроизвольным вздохом ответил Владимир.

- Чёрт возьми!.. – хохотнул Стас, но тут же, под грозным взглядом друга, сдержал смешок и сделал вид, что просто закашлялся. – Ты хочешь сказать, что она была ещё девушкой?

- Да, - кивнул Володя. – Я хочу сказать тебе именно это.

- Чёрт возьми!.. – повторил Стас. – Как такое может быть?.. Я хочу сказать, - он взъерошил волосы рукой, пытаясь собраться с мыслями, - я хочу сказать, - как я мог этого не заметить?

- Вот уж даже и не представляю!.. – с ледяным сарказмом в голосе отозвался Владимир.

Стас откинул одеяло и свесил ноги с кровати, пытаясь на ощупь найти тапочки. Он выглядел явно смущённым и растерянным.

- Чёрт возьми!.. – в третий раз повторил он. – Ты же знаешь, это не в моих правилах… Зачем же она тогда согласилась поехать со мной?

- Она тоже была пьяна и не соображала, что делает, - ответил Владимир.

Стасу удалось, наконец, нащупать тапки, и он спрыгнул с кровати.

- Говоришь, она плачет?.. – растерянно пробормотал он. – Чёрт… Надо хоть пойти, что ли, успокоить её!..

- Да уж, сходи-ка!.. – отозвался Володя.

Стас прошаркал мимо него, но уже в дверях вдруг остановился и обернулся.

- Послушай, а почему тебя это так задело? – недоумённо спросил он. – Только не говори, что тебе вдруг так сильно стало жаль её!..

Владимир на мгновение растерялся. Он почему-то не ожидал такого вопроса и не был к нему готов. Да что уж тут говорить, - он и сам-то не знал, почему его это так задело…

- Мы были знакомы с ней раньше, - хмуро проговорил он и добавил ещё более сухо. – В школе вместе учились.

- А-а-а, - понимающе протянул Стас и, не задавая больше вопросов, вышел в коридор.

Володя почти без сил опустился на расправленную кровать, но тут же вскочил с неё, как ошпаренный, едва только осознал, что именно здесь, на этой кровати, Света и Стас занимались сексом. Он боялся одёрнуть одеяло и увидеть на простыне хоть какие-то следы, подтверждающие это. А впрочем, зачем ему нужны были ещё какие-то подтверждения?.. Он и так, словно наяву, видел их, и эта мысль просто сводила его с ума…

Света и Стас… Вместе… Обнажённые…

Он делает с ней всё, что хочет…

Она стонет от удовольствия…

Его буквально вывернуло наизнанку. Прямо на расправленную кровать.

* * *

Произошло то, чего Владимир как-то меньше всего ожидал. Стас, несмотря на всю свою взбалмошность, оказался, похоже, на редкость порядочным человеком со своим определённым кодексом чести. То ли отчаянье Светы так подействовало на него, то ли просто пришло его время остепениться, но он твёрдо решил жениться. Он признался Володе, что Света – первая в его жизни девушка, у которой до него не было мужчин, и он просто не мог использовать её и бросить. К тому же, она была хорошенькой, покладистой и чистенькой, - и Стас ни на мгновение не усомнился в том, что принял правильное решение.

Он не терял времени даром и уже на следующий же день поговорил со Светиными родителями и добился их согласия, а потом обзвонил всех своих многочисленных родственников и друзей и сообщил им дату свадьбы, которая должна была состояться ровно через четыре недели, и с энтузиазмом начал готовиться к ней. Владимир не помогал ему во всех этих приготовлениях. С каждым днём он становился всё мрачнее и мрачнее. Он ещё смог бы смириться с этой свадьбой, если бы знал, что эти двое собираются пожениться по любви. Но это было совсем не так. Владимир знал, что Стас не любит Свету. Конечно, она ему нравилась в какой-то степени, и он весьма справедливо полагал, что из неё получится превосходная жена, но никаких тёплых чувств по отношению к ней он пока не испытывал. Он просто готов был поступить так, как, по его понятиям, должен был поступить порядочный мужчина.

Света… Она буквально пылинки сдувала со своего новоявленного жениха. Хлопотала вокруг него, как наседка, к огромному неудовольствию Владимира, заглядывала Стасу в рот и ловила каждое его слово. Но ведь и она его тоже ни капельки не любила! Просто не могла любить!.. Володя был уверен в этом на все сто процентов. Бедная девушка была просто благодарна своему жениху за то, что он не бросил её, и изо всех сил старалась ему во всём угодить, чтобы он не разочаровался раньше времени в своём намеренье и, не дай Бог, не передумал.

Накануне свадьбы Стас устроил грандиозную вечеринку в ресторане, на которую пригласил человек двадцать своих самых близких друзей, а сам заявился вместе с какой-то девушкой. Владимир сидел, как на иголках. И, когда захмелевший Стас принялся у всех на глазах целовать свою подружку на этот вечер, Володя не выдержал, встал из-за стола и незаметно удалился. Он просто не в силах был видеть сейчас всё это.

К тому же, он совершенно не мог думать о том, что должно было произойти завтра, но мысли его снова и снова возвращались к этому вопросу, и Владимир не в силах был остановиться. Целый час он бесцельно бродил по городу, пока не очутился, наконец, неожиданно даже для самого себя, около Светиного дома. Он совсем не собирался сейчас заходить к ней; у него даже и мысли-то такой не было, просто ноги сами привели его сюда. Уверяя самого себя в том, что он просто хочет попрощаться со Светой и ещё раз пожелать ей счастья, Володя зашёл в её подъезд, поднялся по лестнице, подошёл к двери её квартиры и уже поднял было руку, чтобы позвонить…

И тут он опомнился. И чего это он, собственно говоря, хочет добиться своим визитом сюда?.. – подумалось ему. Завтра она навсегда будет принадлежать другому, и он ничего не сможет больше изменить…

Его рука замерла около самого звонка и медленно опустилась. Володя повернулся, чтобы уйти…

Дверь за его спиной распахнулась. Это было настолько неожиданно, что Владимир непроизвольно вздрогнул и обернулся. Появившаяся на пороге Света тоже вздрогнула от неожиданности и невольно отступила на шаг назад.

- Света!.. – выдохнул Владимир.

- Володя?.. – удивлённо переспросила девушка, глядя на него изумлёнными темно-синими глазами. И Владимир вдруг впервые осознал, что она просто потрясающе красива. Особенно прелестным показалось ему именно это сочетание: светлые волосы и темно-синие глаза… От избытка чувств у него закружилась голова, и он вынужден был облокотиться на стену.

- Что ты здесь делаешь? – первая оправилась от удивления Света.

- Хотел зайти к тебе, - со вздохом признался Владимир.

Света удивлённо нахмурила брови.

- Но мне показалось, что ты уже уходишь! – сказала она.

- Да, - кивнул Владимир. – Я уже собирался уходить.

- Но почему же ты даже не позвонил? – изумилась девушка.

Владимир, не отрываясь, смотрел на неё, чувствуя, что у него подкашиваются ноги от переизбытка эмоций. Она была такой хорошенькой, такой трогательно-невинной, что у него защемило сердце. Завтра она навсегда будет принадлежать другому. Нелюбимому мужчине, который в данную минуту напивается до умопомрачения в кругу друзей-собутыльников, в обнимку с неизвестной девицей лёгкого поведения…

Чувствуя, что ещё мгновение, и он просто расплачется от отчаянья, как сопливый мальчишка, Владимир резко повернулся и бросился прочь. Но, спустившись лишь на один лестничный пролёт, он вдруг остановился и обернулся. Света, прикрыв дверь своей квартиры, по-прежнему стояла на пороге и смотрела ему вслед.

Владимир снова взбежал по лестнице и замер, не в силах хоть что-либо произнести.

Света заперла ключом дверь квартиры и опять повернулась к нему. Володя успел заметить блеснувшие в её глазах слёзы. Значит, и она далеко не так счастлива, как пыталась показать ещё днём?.. Значит, и она не слишком рада предстоящему торжеству?.. – мелькнуло у него в голове.

- Что с тобой? – тихо спросила Света, дотрагиваясь до его руки.

От этого её совершенно невинного прикосновения Владимира словно током ударило. Он вдруг впервые до конца осознал, какие именно чувства он испытывает по отношению к этой девушке, и от этого осознания ему стало только ещё тяжелее.

«Я люблю тебя!» - захотелось ему сказать вслух. Но Володя не посмел. Он просто не имел сейчас на это права.

- Всё в порядке, - ответил он секунду спустя, сам поразившись тому, как сухо прозвучали его слова.

Света моментально смутилась и отдёрнула руку, словно обжегшись.

- Почему ты сейчас не со Стасом? – спросила она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно более равнодушно.

- Я не смог там находиться, - честно признался Владимир.

- Почему? – искренне поразилась девушка.

- Света!.. – воскликнул вдруг он, взял её руки в свои и крепко сжал. – Света, ответь мне, пожалуйста, на один вопрос! Ты счастлива?

- Да, конечно, - ни на мгновение не задумываясь, ответила она.

- Почему ты выходишь замуж за Стаса? – с отчаяньем в голосе спросил Володя.

Руки Светы начали дрожать, и он моментально почувствовал это.

- Что с тобой, Володя? – спросила она, и её глаза снова как-то подозрительно заблестели. – Почему ты задаёшь мне все эти вопросы?

- Ты ведь не любишь его, правда?.. – не успокаивался Владимир.

Света опустила глаза и осторожно высвободила руки.

- Ты знаешь, мне надо домой, - тихо сказала она.

- Света!.. – попытался он удержать её, и его голос задрожал от переизбытка чувств и эмоций. – Не уходи, прошу тебя!..

- Почему? – тихо спросила девушка, испуганно глядя на него.

Владимир на мгновение растерялся. Ему хотелось рассказать ей о своих чувствах, но он просто не смог сразу отыскать нужных слов. Света робко улыбнулась ему и взялась за ручку двери.

- До свидания, Володя, - тихо проговорила она. – Увидимся завтра. Ты ведь придёшь на свадьбу?

- Я не хочу, чтобы ты выходила замуж за Стаса! – неожиданно для самого себя выпалил Владимир.

Света на секунду замерла на месте. В её глазах отразилась терзающая её душевная мука. Но она быстро овладела собой и справилась со своими не совсем уместными сейчас чувствами.

- Почему? – только и вымолвила она.

- Потому, что ты не любишь его! – заявил Владимир.

Света вздохнула и грустно покачала головой.

- Ну, и что с того? – тихо спросила она. – Тебе-то что до этого?..

- Я люблю тебя! – выдохнул Владимир, не сумев-таки удержаться.

Печальное лицо Светы погрустнело ещё больше. Она очень внимательно посмотрела на него своими тёмно-синими глазами и тихо спросила:

- Ты говоришь правду?

Владимир снова схватил её руки, прижал к своей груди и, преданно глядя ей в глаза, ответил:

- Да! Я знаю, что не должен был тебе этого говорить!.. Но я просто не могу позволить тебе совершить эту ошибку!

- Почему ты думаешь, что я совершаю ошибку? – осторожно поинтересовалась Света.

- Потому что ты не будешь счастлива с ним! – заявил Владимир. – Я знаю, что ты не любишь его!

- Но почему ты думаешь, что я его не люблю? – удивилась девушка.

- Да потому что я чувствую это! – ответил Володя, прикладывая её руки к своему сердцу.

Света растерянно помолчала минуту, попросту не зная, что ему сказать в ответ на его слова.

- Ты прав. Я действительно не люблю его, - тихо призналась она, наконец. – Но я не могу не выйти за него замуж. Ты не понимаешь… Я так воспитана… Мои родители знают о том, что… - Девушка на мгновение запнулась, подбирая нужные слова. – О том, что произошло между нами той ночью… Если бы он не захотел жениться на мне, они выгнали бы меня из дома!

- Не может быть!.. – ужаснулся Владимир, внутренне содрогаясь при одной такой мысли. – Но ты же их дочь!..

- Ты не понимаешь!.. – покачала головой Света. – Я обесчестила их. В нашей семье такие понятия.

- Тогда выходи замуж за меня! – импульсивно предложил Владимир. Эти слова вырвались у него совершенно непроизвольно, но в тот самый миг он вдруг понял, что именно об этом подсознательно думал все эти дни. – Я обещаю, что ты будешь счастлива со мной! – уверенно добавил он. – Я всё для этого сделаю!..

Света печально улыбнулась и нежно погладила его по щеке. В её больших грустных глазах снова заблестели слёзы.

- Где же ты раньше-то был?.. – тихо проговорила она. – Господи, Володя!.. Если бы ты только знал!..

- Знал что?.. – тут же переспросил он.

- У нас в школе все девчонки по тебе с ума сходили, - пояснила она, невольно улыбаясь своим далёким воспоминаниям. – Ты всегда был очень странным, но таким сильным… И держался так вызывающе… И ни на кого не обращал внимания!..

- Обращал, - выговорил Владимир внезапно охрипшим голосом. – Ты мне всегда нравилась. Но я не смел даже и надеяться на то, что ты когда-нибудь посмотришь в мою сторону!..

- Ты тоже всегда мне нравился, - призналась Света. – Но ты был такой равнодушный и такой… холодный. Как тогда, на дискотеке… Ты был с другой девушкой и даже не заметил меня…

- Я был пьян, как свинья, и ничего не видел вокруг себя! – с отчаяньем в голосе воскликнул Владимир. – Ты не представляешь, как я сожалею о том, что произошло!..

- А уж как я-то об этом сожалею!.. – грустно усмехнулась Света. – Но что теперь об этом говорить!.. Теперь уже поздно!..

- Нет! – вскричал Володя. – Завтрашний день ещё не наступил! Никто не может заставить тебя выйти замуж за Стаса!

Света снова покачала головой, избегая смотреть ему в глаза.

- Нет, Володя, - тихо проговорила она. – Теперь уже слишком поздно! Если бы всё это было хотя бы несколько дней назад!..

- Господи, ну, какой же я всё-таки дурак!.. – в отчаянье стукнул себя по ноге кулаком Владимир. – Ну, почему же я сразу же не поговорил с тобой?! Послушай, Света, ещё ничего не поздно!.. Ты должна всего лишь сказать своим родителям и Стасу, что свадьбы не будет! Скажи им, что ты выходишь замуж за меня!

- Да что ты, Володя!.. – в ужасе воскликнула девушка. – Отец убьёт меня, если только услышит об этом!.. Да и сам Стас… Я не могу так с ним поступить!..

- Но он же тоже не любит тебя! – возразил Владимир. – И ты не любишь его! Ты будешь несчастлива с ним!

- Но он не бросил меня после того, что произошло, хотя вполне мог бы!.. – сказала Света. – А вместо этого он даже хочет жениться на мне! Я не могу так поступить с ним!

- Уверяю тебя, его сердце не будет разбито! – заверил её Владимир. – Конечно, ты нанесёшь существенный удар по его самолюбию, но это будет для него не смертельно! А вот если ты решишься выйти за него замуж, то твоя собственная жизнь будет разбита!

- Я не могу! – в отчаянье прошептала Света. – Пойми меня, Володя, я просто не могу! Это будет ударом для моих родителей… Нет, я не смогу даже заикнуться при них об этом!..

Владимир за подбородок приподнял её голову и заставил её посмотреть себе в глаза.

- Сколько тебе лет, Света?

- Восемнадцать.

Он с укором покачал головой.

- Света, ты уже не ребёнок! Ты – взрослая женщина! И ты должна сама принимать решения, а не оглядываться каждый раз на родителей! Скажи мне, только честно, ты хочешь выйти замуж за меня?

- Да! – кивнула девушка и виновато опустила голову.

- Тогда не возражай и сделай так, как я тебе говорю! – твёрдо сказал Владимир. – Сейчас мы зайдём в квартиру и расскажем обо всём твоим родителям! Хорошо?

Он попытался заглянуть ей в глаза, но Света упорно смотрела в пол.

- Они уже спят… - беспомощно прошептала она. – О нет, Володя, я не могу этого сделать!.. Прошу тебя, не заставляй меня!..

Владимир некоторое время молча смотрел на неё. Внешне он выглядел уже почти спокойным, но его мозг лихорадочно искал решение. Он твёрдо знал, что оно должно быть. И он просто не мог позволить ей совершить завтра эту глупость!

- Тогда мы с тобой сделаем по-другому, - сказал он, минуту спустя. – Давай просто сбежим! Прямо сейчас сядем на ближайший автобус и просто уедем!

- Но я не могу так поступить со своими родителями! – с трудом сдерживая слёзы, возразила Света. – Они с ума сойдут от беспокойства!

Владимир почувствовал отчаянье. Он осознавал, что нашёл единственное правильное решение, но не знал, как убедить в этом упрямую и испуганную девушку.

- У нас просто нет другого выхода, Света! – попытался уговорить её он. – Потом мы сообщим им, где находимся! Ты должна на это решиться!

Света торопливо замотала головой. Из её глаз ручьём хлынули слёзы. Владимир, не удержавшись, крепко прижал её к себе, и она заплакала, уткнувшись в его грудь.

- Решайся, милая! – прошептал он, почувствовав, что поток горючих слёз иссяк, и интуитивно догадываясь, что она уже почти готова подчиниться ему.

- Но куда мы можем уехать? – всхлипнула она.

- А куда ты хочешь? – весело спросил Володя. – Хочешь, поедем в Москву? Или в Ленинград? Ты никогда не мечтала стать актрисой?

Света отрицательно покачала головой.

- И напрасно!.. У тебя это наверняка получилось бы!.. – заверил её Владимир. – А можем махнуть куда-нибудь на юг. Как ты думаешь?

- Но на что мы будем жить? – спросила Света и подняла на него испуганные заплаканные глаза.

- Найдём работу! В больших городах всегда нехватка рабочих рук! Я уже кем только не работал, когда учился в университете, так что с этим проблем не возникнет! – пообещал ей Владимир.

Он говорил так уверенно, что Света понемногу невольно заражалась его энтузиазмом. Но её всё ещё мучили сомнения.

- А как же Стас?.. – прошептала она. – Он пригласил назавтра столько народу… Он будет выглядеть дураком в их глазах!..

- Я тоже переживаю из-за этого, - вздохнул Владимир. – Ведь он всё-таки мой лучший друг!.. Но ты для меня важнее! Понимаешь, Света, твоё счастье важнее всего! И я обещаю тебе, что сделаю тебя очень счастливой!..

Она неуверенно покачала головой, всё ещё сомневаясь в правильности такого поспешного решения. Ему пришлось ещё долго уговаривать её, но, в конце концов, она поверила ему и согласилась сбежать с ним. Это решение далось Свете нелегко, но Владимир действительно обладал просто даром убеждения. Он заставил её поверить, - и даже, что гораздо более важно, поверил сам, - в то, что всё легко и просто, и нужно лишь решиться попробовать. И Света, наивная восемнадцатилетняя девушка, мечтавшая о любви и счастье, согласилась поехать с ним хоть на край света.

Они решили сбежать прямо ночью. Времени на долгие сборы не было, да и нельзя было брать с собой много вещей, чтобы не разбудить Светиных родителей и не вызвать у них подозрений. Поэтому они взяли с собой лишь самое необходимое, без чего действительно нельзя было обойтись, сели на первый же автобус, даже не посмотрев, куда он направляется, и уехали.

Через несколько дней они оказались в Москве, в самой дешёвой комнатушке, которую только сумели снять, потому что ничего другого они себе позволить пока не могли. Это была первая ночь, которую они провели вместе. И, честно говоря, она оказалась не лучшей для них обоих. Света была зажата, скованна и так напугана, что Владимиру пришлось приложить немало усилий только для того, чтобы просто уговорить её не бояться его. Признаться, он и сам был сейчас напуган ничуть не меньше её. Девушка, о которой он столько лет не смел даже и мечтать, лежала на кровати рядом с ним, - тут было, от чего потерять голову!..

Но, несмотря на всё это, он оказался на высоте. По крайней мере, ему так казалось. На протяжении нескольких часов он был с ней нежен и терпелив и старался не торопить события, пока ей не удастся хоть немного расслабиться. И лишь под самое утро он приступил, наконец, к самому главному. Но, несмотря на все его усилия, Света испытала сильную боль, от которой плакала навзрыд всё то время, в течение которого Владимир тщетно пытался доставить ей хоть какое-то удовольствие. К счастью, терпеть ей пришлось совсем не долго. Всё закончилось, едва успев начаться. После этого Света быстро успокоилась и заснула, свернувшись калачиком, на достаточно безопасном расстоянии от Володи.

Он понял, что потребуется потратить немало сил и времени на то, чтобы уговорить её относиться к сексу хотя бы чуть более терпимо.

Но пока ему было всё равно.

Секс никогда не играл большой роли в его жизни.

https://rutube.ru/video/6aa700ca6e7d29e9d9efa70a36a0d9e4/