Белый ангел московский

Моему отцу посвящается

Белый ангел московский. Последняя гавань.
Шахта в средней Руси. Стоны, боль. Тишина.
Накрывает Россию белым облаком саван.
И уходит, уходит навеки она.

Та страна, где балы, юнкера и дуэли.
Где воскресное утро золотит купола.
Где зловещие, с самого дна аппарели
Поднимают невежества силы и зла.

Белый ангел сплетается плотью и кровью
С роковою судьбою событий внутри,
Тут английская стать вместе с русской любовью
Увлекли ее вдаль, за собой повели.

***

В полутемной комнате сидит женщина средних лет. Она сидит за столом вполоборота к нам. Повернувшись, она начинает говорить. Она вспоминает свою жизнь. Постепенно увлекается, воспоминания ее захватывают. Перед нами встают картины ее жизни.

Я родилась в Гессене.
Отец мой немец. А мать
Была английской принцессою,
И в детстве любила играть.

В куклы, в рыцарей. В доме.
Где мать ее, моя бабка –
Королева Виктория.
Женщина, а не тряпка.

Эпоха новая, сильная,
В которой Англия важная.
Вскоре автомобильная,
Громкая, эпатажная.

Мать умерла, и герцог
В Гессен привел другую.
Был он все-таки немцем.
И немного холуем.

Мы уехали к бабке
В Осборн-хаус Уайт.
Церемонии, шляпки.
Викторианский уклад.

***

Перед нами невеста. 1883 год. Элле, будущей Великой княгине 19 лет. И пока она Гессен-Дармштадская принцесса. Одна из самых желанных невест Европы.

Ослепительна, великолепна, празднична.
Скромная, умная и живая.
Ямочки на щеках дразнятся.
Смотрел бы и смотрел, не переставая.

Тонкая, гибкая, нервные руки.
В осанке порода английских кровей.
Сколько мужчин обрекла ты на муки
Нежным изгибом своих бровей.

Великий князь. Младший брат царя.
Предложение сделано. О, Россия!
Страна аристократа и дикаря.
В будущем веке – Мессия!

***

Дармштадт. Великий князь, младший брат Императора Александра III помолвлен с Эллой.

Доброе утро, Великий князь!
Доброе утро, Ваше величество.
В этом Гессене дожди и грязь.
Но Боже, какое прекрасное личико.

Наша помолвка теперь состоялась,
Мы едем в Россию, где снега охапки.
Принцесса, осталась лишь самая малость.
Передать от меня поклон Вашей бабке.

Вы снова смеётесь. Я счастлив Вас видеть.
Россия, Россия встречай теперь.
Нас можно любить или ненавидеть,
Но в Европу давно уже не окно, а дверь.

Нас можно любить или ненавидеть,
Но лучше понять. Или сердцем принять.
И Вашему сердцу дано увидеть
И русскую душу, и русской стать.

***
Позже принцесса, уже Великая княгиня изначально лютеранка принимает православие.
В 1888-м г. Елизавета Федоровна вместе с Великим князем совершила паломничество в Святую Землю, в Палестину. В русском храме, названном в честь Святой Марии Магдалины она произнесла: «Как я хотела бы быть похороненной здесь». После посещения Святой Земли в душе Великой княгини произошел духовный переворот: она решает принять веру своей новой Родины. В 1891 году она была заново крещена по православному обряду.

В народе шептали всякое –
В браке нету детей.
Что ж за Христа распятого
Не сподобилось ей?

Хлещут ливни упругие.
Ветры дуют резвы.
И друзья, и супруги.
Нету деток, увы.

Слезы, переживания.
И молитвы в ночи.
Дети – её призвание.
Чужие, а не свои.

В народе шептали всякое.
Что значит духовный брак?
И сплетни глупые брякали.
Чесал языком дурак.

***
«Мой дорогой брат,
Я назначаю Вас
В Москву, в старинный посад.
Мною подписан указ».

Императорский перст.
Губернаторство, Кремль, судьба.
Отныне и далее крест.
«Ваше величество – да!»

Недолгие сборы. Отъезд.
Ильинское. Тихие воды.
И нет прекраснее мест.
Единение души с природой.

Саввино-Сторожевское,
Монастырские стены.
Русь изначальная. Дерзкая.
Пульсирует здесь по венам.

Ясли, сады и дети
Беднейшего русского люда.
В Общество Елизаветы
Шли и шли отовсюду.

Белый ангел Москвы
Людские страдания слышит.
Передавали молвы –
Жертвует, а не барыжит.

Все барыши ее,
Капиталы купеческие –
Полная до краев
Забота о человечестве.

Ребенок или солдат,
Японцами покалеченный,
Ближе ей во сто крат
Далекой родной неметчины.

***
Гостиница в Москве. В номере человек в сером сюртуке с молодой женщиной. Она – химик, его помощница и любовница, готовит адскую смесь для бомбы.

Гостиница, желтые стены.
Московская серая хмарь.
И снег уже грязный, не белый.
За окнами воет февраль.

Человек в сером сюртуке:
Голубушка, что вы всё жметесь?
И ищите, право, любви.
Когда, наконец вы поймете,
Что правда и сила в крови.

Террор, революция, воля,
А старые истины – хлам.
Проклятые эти устои.
Их выбросить нужно к чертям!

Любовные муки и грезы –
Ничто. Очищает лишь смерть.
Держать чьи-то жизни. И слезы,
Как высшая жалость и твердь.

А Бог? Почему он не с нами?
И кто это, право, решил?
И в смерти воздвигнутом храме
Рукою моей Он водил.

Есть высшая правда и совесть.
Свобода. И Бледный мой конь
Несет, словно бешеный поезд
Великий и страшный закон.

Во имя свободы и власти,
Во имя любви – убивать.
Быть с Богом есть высшее счастье,
И смерть, как добро раздавать.

И это пьянящее бренди
Есть новая вера в Него.
Есть правда в причастии смертью.
И Бог окормляет его.

***
Гостиница, желтые стены.
На улице желтый фонарь.
И снег тоже цвета измены,
И слезы роняет февраль.

***
4 (17) февраля 1905 года в Москве произошло убийство великого князя Сергея Александровича, пятого сына Александра II, московского генерал-губернатора и первого председателя Императорского православного палестинского общества.
Покушение было организовано и исполнено Боевой организацией партии социалистов-революционеров. Руководил подготовкой теракта Борис Савинков, бомбу бросил Иван Каляев. Позже Савинков, писавший под псевдонимом Ропшин, написал повесть «Конь бледный», где воссоздал события теракта и подготовку к нему.

Елизавета:
Счастье мое не прошло стороною,
Но оборвалось вмиг.
Черной грозою, февральской порою
Болью наполнив крик.

***
Посмотрите на ее руки.
На руки ее посмотрите.
Взметнула их к небу, как крылья!
И камнем упала вниз.

Она не молила Бога.
Не плакала распластавшись,
С булыжной грудою слившись,
Боль впуская в виски.

Она находила силы,
С камней соскребая кости,
Со стен соскребая жилы,
И тела его куски.

Она находила силы
Глаза оставлять сухими,
Шептать губами: "Мой милый!"
И Богу шептать: "Прости!

Прости меня, Боже правый!
Прости моего супруга!
Прости злодея убийцу!
Грехи ему отпусти".

И день загорался новый.
И век рождался суровый.
И Бог ей ответил словом.
И слово это: "Не мсти!
В стране этой незнакомой
Прости их снова и снова,
Надень Мой венок терновый,
Возьми Мой крест и неси!"


***
В тюрьме через 3 дня после теракта. В камеру к заключенному входит Великая княгиня. Тот встает ей навстречу.

Елизавета:
Он стоит сейчас здесь предо мною.
Человек или демон? Понять.
Его руки. Стояние немое.
Нету сил говорить и молчать.

Он ссутулен. Лицо посечёно.
- Вы узнали меня? – Да, узнал.
Перед нею стоял заключенный.
Её мужа убийца стоял.

Заключенный:
Я узнал Вас, конечно. Конечно.
Только знайте, что пять дней назад
Проезжали Вы вниз по Манежной.
И не стал я в Вас бомбу метать.

Это было под вечер в субботу.
Разглядеть я успел Вас тогда.
Шевельнулось в душе моей что-то –
Так прекрасна, чиста, молода!

Я не смог. Не жалею нисколько.
И имею я право сказать:
«Моя жизнь – не дешевая полька!
И я знаю за что умирать».

Елизавета:
Так за что же? Ответьте! Не скрою,
Вы сказали, что есть в вас душа.
Пощадили вы щедрой рукою
Потому что я так хороша?

Потому что со мной были дети?
Потому вы щедрый герой?
Если можете, просто ответьте,
Чтобы видеть мне, кто вы такой.

Ни к чему ваша щедрость? И знайте,
На исходе февральского дня
Своей бомбой на мокром асфальте
Вместе с ним вы убили меня.

Я прошу вас сейчас не перечить.
Я прошение готова подать.
А чтоб память осталась о встрече,
Я Евангелие хочу передать.

От Сергея дарю вам прощение.
И икону, а с нею киот.
Лишь раскаяние – дорога к спасению.
А прощение к Богу ведёт.

Что ж прощайте. Я буду молиться.
Не могу ненавидеть я вас.

На колени ему опуститься
Захотелось пред ней тот же час.

Он стоял. Он поник головою.
Шевельнулось вдруг что-то в груди.
Этой женщине с силой такою
Захотелось воскликнуть: «Прости!»

Уходи! Нет, скорее останься!
Пожалей же меня. Пожалей!
Я не знал. Я не ведал. Хоть шансик
Быть прощенным из жалости ей.

Тихо скрипнула дверь. Растворилась.
И осталась висеть тишина.
Словно миром разлитая милость
От волос её с запахом льна.

***
Камера, светит луна.
Ночь, одиночество, холод.
Зря приходила она.
Зря пожалела, что молод.

Эта минутная слабость
Заволокла, словно дым.
Или видение. Храбрость –
Мне умереть молодым.

Мне их прощение не нужно,
Нужно оно только им.
Холодно нынче и душно.
… Княгиня встает перед ним.

Что вы хотите? Иконой
Душу мою усмирить?
И по какому закону
Будете вскоре судить?

В нашем отечестве жидком
Суд ваш смешон для меня.
Будете вы пережитком,
Вспомнят же люди меня!

Я за свободу, за волю
И за народную рать
Выбрал великую долю,
И не боюсь умирать.

Молча Княгиня стояла,
Будто зашла снова в дверь.
Молча она повторяла:
«Я вас прощаю теперь!»

- Всё. Мне не нужно прощение.
Всё! Замолчи! Замолчи!
Белое это видение
Молча стояло в ночи.

… Утро. Пора пробудиться.
Камера. Свет. Тишина.
Белая сильная птица
Вылетела из окна.


***
Годы прошли. И столетие
Минуло с давних тех пор.
Вспомним события эти.
Может быть, легкий укор

Сердце кольнет. В нашей жизни,
Полной смешной чепухи,
Ярким соитием брызжут
Курицы и петухи.

Голые плечи и ляжки
В панцире держат сердца.
Вместо поступков бумажки.
Вместо любви – суета.

Наша Княгиня реальна,
Может быть, более нас.
Есть и еще одна тайна –
Я расскажу вам сейчас.

В каждом московском подворье
Стены, углы и кресты
Знают об этой истории.
Но… не расскажут. Увы.

Здесь на Пасхальной неделе,
Только сгущается тьма
Вы присмотритесь, белеет –
С нами на службе Она.

В утренний час литургии,
В крестный ли ход. В Рождество.
Вы замечали Княгиню,
Сами не зная того.

В храмах московских, как прежде,
Видеть и мне довелось
В белых венчальных одеждах,
С запахом льна от волос.

17.04.2026