Носороговы. Сцена 2 Знакомство

Сцена 2 «Знакомство»
И вот я стал рисовать.
Карандаш сам пробирался через хитросплетения сюжета, оставляя следы в виде эскиза.
«Джем прибыл на место преступления. Машина его была старая, потрепанная, тарахтела, дверь не закрывалась…»
- Вперед, Джем!
 Эскиз Розы.
«Роза временами промакивала слезы, сморкалась…
- Соболезную, мадемуазель. Если это поможет Вам - Джем протянул ей  платок с монограммой «К»,  - Карамелька не смогла приехать, видите ли, она приболела.
- О, спасибо...»
Эскиз разбитого горшка на полу.
«Бедняга Кактус лежал среди черепков и комьев земли.
- Все так ужасно. Мне страшно даже оставаться теперь одной в этом доме, - прошептала Роза…»
Дальше по сюжету должен был появиться кузен Розы – Шиповник.
«Шиповник увидел лежащего на полу Кактуса и едва не лишился чувств.
-  Боже мой, боже мой. Какой ужас. Какая трагедия, Розочка, я ведь предупреждал, что этим дело кончится
Роза  пролила слезинку – росинку на платок с монограммой «К». 
- Ничего, плачьте, не крепитесь мадемуазель, -  Джем протянул Розе новый платок.
Шиповник трепетно прижал Розу к себе
- Я заберу тебя, Роза, мы немедленно уедем отсюда.
Роза решительно отстранилась.
- Я не уеду никуда , пока не найдут того, кто это сделал.
- Но они могут добраться и до тебя тоже.
- Кто «они»? Можно поподробнее?»
Внизу послышался  шум. Мне снова мешают работать.
Семья.
Рассказ Шиповника занял полторы страницы.
«Мы с Розой одно время состояли в банде. Но потом все же решили остепениться.
Неделю тому назад мы заметили воронов которые стаями облюбовали сад. Их карканье наводило нас на нехорошие мысли. Но мы их не боимся. Вот только господин Какту их очень боялся.
А три дня назад мы обнаружили на крыльце несколько апельсиновых зернышек… И поняли. Это предупреждение!»
Папа – носорог рисовал, а в это время на пороге дома появилась неожиданная гостья…
«Джем уже подошел вплотную к разгадке…
- А кому тогда достанется наследство?»
Снова голоса внизу. Разве что спуститься попросить детей играть в «трик  трак» потише.
Гостья оказалась слонихой. На вид она была ровесницей Бинго и Ринго.
Вот только отчего -то молчала.
- Ты разве не можешь назвать свое имя? – спросила  заботливо Римма.
Гостья шевельнула ушами. Потом она пошарила хоботом в сумочке и протянула письмо.
Сначала письмо оказалось у младшего Ринго.
- Тебе нужна помощь?
Слониха с надеждой посмотрела  на братьев. Кивнула
- Хорошо, посиди здесь, пока я схожу за отцом. Может быть, он сможет помочь.
Бинго прочел следующее: «Милый папочка, наконец  - то я тебя отыскала.  Очень хотела тебя увидеть. Я бельгийка, но родилась в Конго. Меня зовут Элона…»
Я как раз рисовал в это время развязку.
«Значит, по завещанию его состояние переходит к вам?»
- Пап, можно войти? – это голос Ринго.
Я оторвался от работы.
- Что сын???
Мама не сердилась на вас?
Младший Ринго вошел.
- Пап, у нас неожиданная гостья. Такая чудная.  Ничего не говорит. Может  быть ей помощь нужна?
Мы с ним спустились в гостиную. Там уже сидели Бинго, мама  и какая – то девчушка.
- Пап, тут написано, что ее зовут Элона. И что она …твоя дочь.
Мама была просто в «восторге».
- Так вот как ты , носорог - кобель в командировки ездил???
- Римма, пожалуйста, только не при детях.
- Хорошо, тогда объясни мне все это…
Я снова пробежал глазами письмо.
- Да, Римма, я был там в Конго, на родине. Рисовал пейзажи, натюрморты…
И слоних.
Начитанный Бинго попытался меня выручить.
-Пап, носороги и слоны все  - таки разные существа…
- Сделаешь ДНК – тест? -это  голос Ринго младшего.
- Вот незадача, - это уже я, - а если тест совпадет.
- Тогда это будет феноменально, - солидный тон Бинго.
- И тебе дадут Нобелевскую премию, - с мечтой в голосе добавил Ринго.
Я уже чувствовал себя не в своей тарелке.
- Эли, - уже по свойски обратился к ней Бинго, - как зовут твою маму?
«Эва»
- Эва…Да она мне позировала, Эли.
- Еще бы, - этот сарказм Риммы был неотразим
- Римма, пожалуйста. В конце - концов это просто маленький слоненок. Эли, у меня есть портрет твоей мамы в эскизах. Он там в моей мастерской. Я сейчас тебе его принесу.
Римма все же решила проявить благоразумие.
- Эли ты хочешь кушать?
Элона кивнула.
Римма посмотрела в сторону двери комнаты ,где скрылся ее муженек. Ты мне все расскажешь, но после.
- Тогда всем идти обедать.
Взбудораженный этой историей я вернулся в мастерскую
Джем, Роза и Шиповник уже ждали меня.
- Думаю, что вы не убивали Кактуса. Да и банда, в которой вы состояли тут вовсе не при чем…
- Но кто же тогда, - прошептала Роза.
Джем выдержал эффектную паузу.
- Я хорошо знал покойного, - Джем начал издалека, - больше всего на свете он боялся черных птиц. Особенно ворон .
В юности фиалка – гадалка нагадала ему смерть от их черных крыльев. Неудивительно, что увидев ворон , которые с недавнего времени поселились вокруг дома, нащ друг попытался исчезнуть…
- Вороны, - прошептала Роза.
- Именно вороны и оставили эти зернышки на пороге дома. Они клевали апельсины , а потом справляли «естественные надобности» прямо сверху на крышу и крыльцо.
Думаю, что там, на крыше еще немало таких зернышек.
Шиповник произнес что то вроде «Дела… Наш бедный Кактус стал жертвой собственного суеверия»
- Да. Я это понял , когда увидел расколотый на мелкие черепки горшок.
Дело в том, что что если бы Кактус просто упал с подоконника , то горшок точно бы не раскололся.  Горшок очень прочный – это кремнезем. Так просто его не разобьешь…
Значит, Кактус упал не с подоконника.
- Откуда же он тогда сверзился? -   голос Шиповника.
Джем открыл дверь в сад.
- Садовник, Антонио, ну же прошу вас, без церемоний.
Садовник тут же появился – бледный как привидение.
- Расскажите, - мягкий тон Джема.
- Я просто хотел переставить его в другое место. Клянусь. Да он сам попросил меня!
- Зачем же вы, негодный пьяница , потащили горшок с ним на крышу, - колючий вопрос Шиповника.
- Я испугался, что мадемуазель Роза заметит меня вместе с горшком и спросит,  куда я несу его.
Роза перестала ронять слезинки – росинки.
- Что скажешь на это? – голос Шиповника.
- Я разочарована…
Джем поднялся с кресла.
- Что ж. Теперь это дело семейное. Я свое дело сделал. Думаю, Антонио все -таки стоит простить. Но наказать стоит.
Пусть пересадит господина Кактуса в новый горшок.
- И без перчаток, - неумолимо прошептала Роза, - пусть знает, как ронять хозяйские горшки с цветами»
Я дорисовал последний рисунок. Потом спохватился. Достал из запасника портрет матери Элоны.
- Да уж грешки юности. Прости, Римма.
И спустился вниз.
Нужно было уладить дела и на семейном фронте