В томе старом и поблёклом

В томе старом и поблёклом,
Позабытый среди строк,
Затерялся одиноко
Синий высохший цветок.

Ароматом нежным сладко
Он когда-то дев манил,
А теперь он лишь закладка —
Кто сорвал, его забыл.

А цветок всё помнил пальцы,
Что сжимали стебелёк,
И лицо, налюбоваться
На которое не мог.

А ещё её дыханье,
Что касалось лепестков.
<<Ты само очарованье,
Красивее всех цветов!>> —

Ей бы мог цветок признаться,
Если б мог он говорить.
Но он мог лишь любоваться,
Аромат ей свой дарить.

С той поры промчалось много
Суетливых женских лет.
Сохраняла книга строго
Этот юности секрет.

Чтоб развлечься в электричке,
Вновь достали этот том.
При прочтении странички
Две расклеились с трудом.

И тотчас воспоминаний
Закружился хоровод:
Пылкость первая признаний,
Поцелуев жарких мёд.

И прогулки, и объятья
Вечерами при луне,
И коротенькие платья,
И ладошка на колене.

Как давно всё это было,
Но как сладко вспоминать.
А сердечко мерно било —
Рядом милый, что страдать.

В тонких пальцах покрутила
Этот высохший цветок,
Улыбнулась и вложила
Снова в книгу среди строк.

Через годы снова, может,
Попадётся средь томов,
Память сладко растревожит
Хрупкость этих лепестков.

17.04.2026г.