То время

На дискаче, там в девяностых,
В "жёваной" мастерке, в синих "мальвинах",
Мы из себя корчили взрослых,
Стремились расстаться с детством невинным.


Распив на веранде бадяжную трою,
Запив её хлорной водой из-под крана,
Мы видели жизнь совершенно другою -
Она не была больше злобной и странной.


И стало не важно, что в дырах кроссовки,
Что дома еда - только кубики "Кнорр",
Что видно заплатки на старой ветровке.
(А раз денег нет, то о чём разговор?)


Что будни всегда друг на друга похожи.
Подъезды, веранды и стайки подвала.
И драки бывали с случайным прохожим.
Нам улица - дом. Нас она воспитала.


Всегда чуть на взводе. В кармане - кастет.
Чужая толпа, как угроза прямая.
Не всякий вопрос ожидает ответ —
Ты либо готов, либо жизнь поломает.


Давили на нас стены наших квартир,
Тоска с безысходностью матушки глаз.
И мы поскорее стремились уйти.
Увидели рано мы жизнь без прикрас.


А улица нас привечала любых.
Жестоки законы её, но просты.
Не наш это выбор - мы дети судьбы.
И мы выживали, сжигая мосты.


В нас жалости нет и мы были жестоки.
Не знали, что детство бывает иным.
Мы смутных времён заучили уроки.
А кто не учил - тот ушёл молодым.


Вот жизни уже пронеслась половина,
Но детям ещё надо много отдать.
И тот волк внутри, тот что в синих "мальвинах"
И в старой ветровке твердит мне опять:



"Ты помнишь те дни и они твое бремя.
Ты сделаешь всё и ещё сверху чуть,
Чтоб к детям твоим не пришло это время,
Они не должны проходить этот путь".