Иди назад в толпу хмельных зеркал,

Твои шаги — как эхо в пустоте,
В глазах застыл налёт усталой тени.
Ты вновь пришла в истёртой красоте,
Стряхнув следы чужих былых коленей.
 
На платье — пыль пройденных вновь дорог,
В душе — заплат искусственные швы.
Ты возвратилась на родной порог,
Не поднимая грешной головы.

Ты продавала нежность по частям,
Своё тепло даря случайным лицам.
Ты долго шла по выжженным путям,
Желая вновь в мой омут опуститься.
 
Твой силуэт, изношенный судьбой,
Печатью прошлых рук означен грубо.
И ты стоишь, торгуясь со мной,
Кровя свои надменные губы.

В твоих речах — фальшивая медь,
В твоих мольбах — не вера, а привычка.
Ты хочешь вновь в костре моём сгореть,
Хоть стала лишь использованной спичкой.
 
Я вижу сталь в изломе твоих век,
В изгибе плеч — поношенную сладость.
О, странный, падший, близкий человек,
Ты ищешь мир, где прежде развлекалась.

Но старый сад не примет пустоту,
И старый дом не станет вновь причалом.
Ты перешла священную черту,
Где всё живое жизнь твою венчало.
 
Иди назад в толпу хмельных зеркал,
Где ты в слезах чужие грела тени.
Я не забыл, как мир тебя ласкал,
И как ты многим садилась на колени.