Серафим

Небо - сгоревшая серая кожа,
Вспышки рождают гарь и золу.
На что же, мой Господи, это похоже?
Смерть поджидает на каждом углу.

Там в вышине, над огнём и над кручей,
Крылья свои распластал Серафим.
Он - только пепел, собранный в тучу,
С ликом холодным и взглядом немым.

Братья стоят под его лихолетьем,
Выровняв строй, как на главном плацу.
Некогда в голос смеялись над смертью,
Теперь же скорбят, коль судить по лицу.

Смотрят они тишиной ледяною,
Ждут, не мигая, под всполохи дня.
Бездна разверзлась ночной глубиною,
Звёзды глотая и искры огня.

Там, в опалённой и рваной спецовке,
Вышел один и рукой подозвал.
В этой кромешной ночной зарисовке
Сразу родного лица не узнал.

«Брат мой, сказал он, готово здесь место,
Хватит топтаться на тонкой черте».
Голос его (из далёкого детства)
Слишком легко отозвался во мне.

Я и рванулся навстречу, на голос,
Прямо по чёрной, высокой траве.
Только вот мир под ногой раскололся,
Вспышка ударила по голове.

Сделал металл свой решающий вдох,
Мина раскрылась, как ржавый конверт.
Мир в одночасье ослеп и оглох...
Вот она встреча. Брат мой, привет!