Легенда о Марии Магдалине

«Разбил цепи воистину, ибо дал Знание, не приняв мзды».
(Н. К. Рерих)

Поэтическая интерпретация легенды Н. К. Рериха и духовных видений Анны-Екатерины Эммерих.


Меня зовут Мария… Магдалина,
Я спутница Христа и ученица,
Стопам Его покорная долина,
Что в дивный сад смогла с Ним превратиться.

Но я была совсем другою прежде:
Таких, как я, ночами посещали,
А днём, одев «приличия» одежды,
На улице, увидев, избегали.

Так и к Христу ночами приходили:
И хлебом жизни от Него питались,
А днём, при встрече, взгляды отводили
И в то же лицемерье облачались.

В том городе, где так пророков чтили
И где блудниц камнями побивали,
Как день и ночь, мы разной жизнью жили,
Но притчей во языцех оба стали:

Как грешницу в толпе людской стыдились —
Ту, что была позором пред законом, —
Так и Христа постыдно сторонились,
Когда Он был гоним Синедрионом.

Тогда я днём найти Его решила
И протянуть Ему при встрече руку —
Всё то, что в сердца глубине носила,
Ему поведать искренне, как другу.

Пусть ветер сплетни с языков разносит —
Толпе ли знать о самом сокровенном:
Чего душа моя у Бога просит,
Отверженная обществом надменным.

Надев химат* для встречи самый лучший
И ожерелье, что огнём пылало,
Я вышла в город, в истине заблудший,
И там Иисуса целый день искала.

Светило солнце ярко надо мною,
Роняя мне свои лучи на плечи.
Всё расцветало раннею весною,
Как будто в предвкушенье нашей встречи.

Его я с рыбаками увидала —
Пройти всего лишь улицу осталось,
Но здесь смущенье плоть мою сковало,
И подойти к Нему я не решалась.

Он был покрыт холстиною простою,
Его величье роскошь не искала,
И я, в нарядах, жгущих красотою,
Грехов своих заложницею стала.

Они меня перед Христом судили!
И я, поднять глаза свои не смея,
Лишь слышала, как люди проходили,
Стараясь избежать нас поскорее.

Передо мною пронеслись картины
Моих страстей и призрачных желаний —
Армадой тёмных сил, как исполины
Безумных ласк, неистовых лобзаний.

И я уже убраться прочь хотела,
Но Он меня заметил в отдаленье
И, видя, как душою я болела,
Послал мне от страданий избавленье.

Дав знак рукой любимцу Иоанну,
Что в малом стаде нёс своё служенье,
И, отойдя с ним к старому платану,*
Дал сразу обо мне распоряженье.

Сказав ему: «Лети быстрее лани,
Взяв от корней щепоть дорожной пыли,
И обменяй у женщины в капкане
Своих страстей, что суд ей учинили,

На ожерелье огневого цвета,
Что на груди камнями так пылает...
Воистину, в золе сей больше света —
Она таким болящим помогает.

И из золы могу созиждить камень,
Но камень сердца пылью только станет.
Кто завистью и гордостью отравлен —
Тот с этим злом бесславно в вечность канет».

Увидев цепи моего позора,
Лишь взвесил их — и разлетелись пылью.
И не было в глазах Его укора,
А было сострадание к бессилью.

И было пусто, люди разбегались,
Осталось верных с Ним совсем немного.
Дни страшных мук Иисуса приближались —
Таких, как я, спасающего Бога.

Я помню, как пришли и ночью взяли
Того, кто был мне всех теперь дороже;
Как издевались, а потом распяли,
Как на кресте страдал тогда мой Боже,

Перенося немыслимые муки...
Моя душа тогда навзрыд рыдала!
Я к Небесам протягивала руки —
Я с Ним как будто вместе умирала!

А палачи вели себя спокойно,
Толпа в ослепшей ярости кричала…
Цена Вараввы их была достойна,
Но я уже их зла не замечала.

И у креста моей Любви распятой
Я ко стопам губами припадала
И повторяла сердцем: «Боже Святый...» —
И раны стоп слезами омывала.

В часу девятом небо потемнело.
Дрожь уловив последнего дыханья,
Сама земля со мной тогда скорбела,
Всю тяжесть ощущая расставанья.

Разверзлась бездна, тьмой покрыв пространство,
Но перед Ним в бессилье отступила,
В Нём не найдя ни злобы, ни коварства,
Что в естестве своём всегда носила.

Мзды не приняв,* ушёл, чтобы воскреснуть,
Свободу у людей не отнимая,
Не дав Искре Божественной померкнуть
В сердцах людских, от зла оберегая:

Первосвященства иродова храма,
Царей лукавых и вельмож народа —
В их лицах я узнала фурий срама,
Всю низость человеческого рода.

Меня Любовь Иисуса воскресила,
Дав крылья там, где дух вязали путы,
И я Ей сердцем преданно служила,
Оставив в прошлом ветхий саван смуты.

Обиды все, сомненья и потери,
Ещё при самой первой нашей встрече,
Открыв Иисусу настежь сердца двери,
Всю тяжесть мира взявшему на плечи.

Я раньше ночь, как мать свою любила,
Душой страстям порочным потакала,
Но во Христе Свет Истины открыла —
И жизнь моя совсем другою стала.

О Нём благую весть я доносила
В толпе людской, среди глухих и спящих,
И свет Его всегда в душе хранила
Для преданных и самых настоящих…


*Химат (гиматий) — верхняя одежда в виде прямоугольного куска ткани; плащ.
*Платан (сикомора) — в библейской традиции символ величия, долголетия и духовного стремления человека к Богу.
*«Мзды не принял» — принес Истину бескорыстно, не ища наград и славы.

Первоисточник:

Н. К. Рерих. «Листы Сада Мории. Озарение», 2.4.13:
«Вы знаете мой образ жизни, когда по ночам нас знали и днем отворачивались; также и к Христу по ночам ходили, а днем лицо отвращали. Мне подумалось: вот я самая низкая, и меня стыдятся при Солнце, но Самого Высокого Пророка также днем избегают. Так самое низкое и самое высокое одинаково избегаются.
И вот решила я найти Его и днем протянуть Ему руку. Одела свой лучший химат и ожерелье из смирны и надушила волосы – так пошла, чтоб сказать народу: при свете Солнца избегаемые тобою низкое и высокое встречаются.
И когда увидела Его, сидящего посреди рыбаков, только холстиной покрытого, осталась через улицу и подойти не могла. Между нами проходили люди, одинаково избегая нас. Так была решена моя жизнь, ибо Он сказал ученику, самому любимому: «Возьми щепоть пыли и отнеси этой женщине, чтобы было на что променять ее ожерелье. Воистину, в этой золе больше света, нежели в ее камнях, ибо из золы могу создать камень, но из камня – только пыль». Он не осудил меня, но лишь взвесил мои цепи, и цепи позора разлетелись пылью.
Просто решал Он, никогда не затрудняясь послать самый простой предмет, решавший всю жизнь. До этих посылок Он дотрагивался, как бы одухотворяя их. Путь Его был пуст, ибо народ, получив от Него дар, поспешно разбегался. И желал Он возложить руки, и пусто было. Фурии срама неслись за Ним и притворно махали ветвями, когда Он уже был осужден. Цена разбойника явилась достойной толпы.
Разбил цепи воистину, ибо дал знание, не приняв мзды».

На фото: Моника Беллуччи в роли Марии Магдалины. Кадр из фильма М. Гибсона «Страсти Христовы» (эпизод спасения: https://youtu.be/JmC_XVUIJIQ ).