Наёмник. В сердце осады

Ворота дрожат под ударом тарана,
В углу мой товарищ. Уже не проснётся.
На мне лишь царапины, даже не раны,
Но сердце всё знает. Из клетки рвётся!
Мы пили со смертью
За здравие — в шутку.
И вот я последний.
Мне не до смеха.
Солдат, бывалый…
Иди ж ты, жутко!
И тут не помогут мои доспехи.

Подался в наёмники я когда-то.
Хотел лучшей жизни семье и детям.
В отряд записались мы с младшим братом.
Ему сыновей завести не светит.
Молиться? Не верю. Какие боги
Позволят подобной твориться жути?
В дневник записать бы такие строки.
Но я всё равно уже труп по сути.


Снова гляжу на измятый листок.
Трепет, отчаянье, стыд и восторг!
«Корыстная я? Да забудь это слово!
Просто вернись! Живой и здоровый.
Просто люби и о бывших забудь!
Рядом со мной будь,
пожалуйста, будь!»


Жена вон ждала не меня, а монеты.
Сына дала. И сочлись на этом.
А ты, моя Ёлка, дала мне по морде.
Но ждёшь, как адепты принятия в орден.
Странно...
Не верю, но хочется верить.
Особенно нынче…
Проклятые двери!
Вот-вот распахнутся и впустят мерзавцев,
Готовых лишить меня дивного завтра!


Нате вам, черти! Здесь три арбалета!
Кому-то из вас не дожить до рассвета!
Меч мой попьёт неприятельской крови,
Да и топор
всегда наготове!

Что ж ты за баба? Одна лишь встреча!
И обещать-то мне было нечего!
Пьяный, циничный я был, жестокий...
Как мог поддаться тебе... Настолько!?


Сын... моя кровь, моя плоть от плоти!
Я ни кузнец, ни столяр, ни плотник…
Бился твой батя, поверь, не дрогнул!
Меч мой найди да ступай в дорогу!

Путь землепашца — пропащее дело.
Скука бы раньше, чем смерть, одолела!
Бейся, сражайся, найди свою Ёлку!
Ярко живи!
Если сможешь, долго!
Не жди от небес ни пощады, ни знака.
Дверь подалась...
Ну же! В атаку!

Груда покойников в сердце донжона.
В копоти стены — до камня сожжённые.
Кашляет кто-то, шевелится тело...
Ёлка, дождись!
Я, кажется, целый!

16.04.2026