Крокус

Два года… А боль — как вчерашний ожог, 
Двадцать второе марта — в сердце кровавый итог. 
«Крокус» — не зал, а крик без слов, 
Где оборвались сотни светлых снов. 

Приехали четверо — с тьмой в глазах, 
С жестокостью звериной, в смертельных шагах. 
За стрелком — с ножом, без жалости, в злобе слепой, 
Добивал тех, кто молил о судьбе живой… 

Зал, где звучала музыка, стал могилой вмиг, 
Слезы, стоны, ужас — в каждом углу крик.
Не спрятаться, не убежать, не спасти, 
Только страх, только тьма на пути. 

Кошмар не уходит — он в снах, в тишине, 
В глазах матерей, в застывшей вине. 
В молчании отцов, в детских слезах без снов, 
В цветах у мемориала — память без слов.
 
Вечная память… В сердце — свеча, 
Слезы застыли, боль горяча. 
Никто не забыт, ничто не стереть, 
В памяти нашей — их светлый след. 

Приговор вынесен — пожизненно мрак, 
Но разве вернёт он потерянный знак? 
Разве вернёт смех, дни, голоса, 
Тех, кто ушёл — навсегда, в небеса? 

Мы помним… Мы скорбим… В душе — тишина, 
Их души — как звёзды, светят до дна. 
Ничто не забыто. В сердце — на век, 
Вы с нами, родные… Вечный вам свет.