Переаттестация чистота кадров или показуха?

ПЕРЕАТТЕСТАЦИЯ: ЧИСТОТА КАДРОВ ИЛИ ПОКАЗУХА?

Ох и неспокойно в Датском королевстве, что-то эдакое происходит в Союзе писателей России… Было-то не очень, а сейчас уже, кажется, очень не очень.
Грядёт переаттестация. Новый начальник, бывший министр культуры, историк и политик Владимир Мединский решил почистить писательские ряды и определил критерии, по которым теперь все авторы, уже ранее принятые в ряды СП, смогут в них, этих рядах, остаться. Из нашего регионального Коми отделения СП России мне пришли таблицы с этими критериями – для каждого писателя, члена СП, определены нормативы в графе «творческое направление»: свои нормативы для поэтов, свои – для прозаиков, критиков, сценаристов, переводчиков, драматургов и т.д. Основные критерии – количество публикаций в толстяках, тиражи изданных и проданных книг. Хотя мы все прекрасно понимаем, в каких условиях жили писатели последние 30 с лишним лет – как раз ни тиражей, ни публикаций. Книги издавали в основном за свой счёт, в журналы пристраивали что-то своё – тут кому как повезёт. К тому же надо чётко понимать, что каждый талантливый человек прежде всего занимается творчеством, а не его продвижением и уж тем более не пиаром.

Да, сейчас наблюдаю такое явление, как писатели-пиарщики – они только и заняты пристраиванием своих текстов на все площадки, в конкурсы, издания, они деятельны, активны, шустры, быстры и разворотливы. Большие же таланты часто углублены в себя и в творчество, не набивают себе цену (просто знают её), разборчивы и несуетны. Мелькать – не их конёк, главное – быть, а не казаться. По этим принципам всю жизнь живу и я.

И что же получается? Боюсь, что все эти нормативы – увы, путь в никуда, ибо они лишь показуха, которая выявит количество тиражей и публикаций, но не качество литературы, не уровень таланта. Вместе того чтобы выявлять одарённых авторов (путём тщательного отбора и экспертных оценок творчества) и помогать им доносить свои прекрасные произведения до читающей публики, таким образом участвуя в современном литпроцессе, с помощью новых таблиц начнут отыскивать активных и бойких. А их и искать не надо – они все на виду, все в премиях, все завалены книгами. Причём вовсе не за высокий уровень письма, но нередко исключительно за способность всегда оказываться в нужном месте, представать пред ясные очи начальства в любой удобный момент и быть на волне литмейнстрима (читай: конъюнктуры). В общем, кто хорошо чувствует повестку дня (или, как выражаются знающие люди, «политику»), тот и на коне. Им и беспокоиться не стоит – они пройдут и займут по привычке первые ряды в обновлённом Союзе. К тому же в этих прописанных новых нормативах есть оговорка: карт-бланш получают все члены СП, находящиеся на руководящих должностях, а также крупные лауреаты. То есть им не придётся ничего и доказывать, их заслуги в законе.

Что я испытала, увидев эти таблицы с писательскими нормативами? Испытала унизительное чувство. Разве это не унижение – когда тебя заставляют проходить процедуру «опознания», собираются проверять, писатель ты или нет, не пытаясь оценить твой писательский талант, но оценивая только цифры и статистику твоего формального участия в литпроцессе? Ведь в эти цифры не войдёт живое общение с публикой, количество выступлений в разные годы на периферии, множество неучтённых откликов читателей на твой труд, читательскую любовь и твои действительные литературные достижения, которые невозможно учесть с помощью тиражей и публикаций!

Я тут даже не о себе. Я-то, скорее всего, нормативы одолею – всё-таки за плечами сорок без малого лет литературной работы и тридцатилетний стаж члена Союза писателей России. Могу отчитаться и как поэт, и как переводчик, и как литературный критик. И даже как детский писатель могу, поскольку работала в детских книжных издательствах и немало писала для детей. Правда, у меня нет государственных наград. Но разве я виновата в подковёрных играх – ведь в Республики Коми знают, что я была номинирована на Государственную премию РК в 1999 году со своей книгой стихов «Сквозь жернова времён». Глава республики Юрий Алексеевич Спиридонов лично мне звонил и заранее поздравлял – он очень любил мою поэзию, считал, что в Воркуте зажглась большая звезда. Но в последний момент кто-то в комиссии решил, что я ещё молодовата для такой премии, и госпремию я не получила. Точно так же не издали мне и книги в Коми книжном издательстве, хотя я неоднократно подавала заявки и мне неоднократно обещали мои же собратья по перу, которые в то время были у власти, руководили издательством – сначала прозаик Пётр Столповский, потом драматург Любовь Терентьева. Блестящие на самом деле, уважаемые мной писатели – но вот обещаний своих не выполнили, и я осталась без официальных изданий и тиражей. Спасибо, нашёлся меценат, который помог издать мне первую большую книгу стихов тиражом в 500 экземпляров (большего тиража у меня за всю жизнь не было!) – наш главный геолог Воркуты, а затем министр промышленности Республики Коми и по совместительству большой поклонник моих стихов Николай Николаевич Герасимов. К сожалению, он рано ушёл из жизни, отдал себя без остатка республике, людям, служению Родине. Такие люди, не щадящие себя, увы, быстро сгорают… Остаются – шустрые.

Все последующие свои книги я издавала только за свой счёт, иногда с помощью средств меценатов, дважды мне помог отдел культуры Ростова-на-Дону, находили спонсоров для дополнительных тиражей моих патриотических книг для отправки на фронт и в библиотеки Донбасса. Очень всем благодарна, правда, к сожалению, тиражи были мизерные... Обещали мне и отдельную книгу стихов в престижной серии «Звёзды Севера», но и там что-то не срослось. Тоже нужно было сначала доказывать – и вот прямо никак не удалось доказать общественную значимость моей книги для Республики Коми. Хоть стой, хоть падай... Но ещё раз повторю, я тут не только и не столько о себе. Ведь в России множество талантов не имеют больших тиражей и хороших, солидных публикаций! Я сама трачу очень много личного времени и сил, помогая одарённым, в основном периферийным авторам издаваться и выходить к читателю, потому что знаю, как истинные таланты бывают порой инертны, не уверены в своих силах или просто лишены энергии для постоянного пиара – вся их внутренняя сила уходит на творчество. На прекрасное творчество! И те, кто любит показуху и внешние эффекты, кто коллекционирует печатающие себя, любимого, журналы и премии, частенько в разы уступают им в творческом потенциале – однако тиражами и цацками в виде премий и званий истинным талантам их не догнать никогда.

Писала я об этом с горечью ещё в 2023 году:

ПОЭТУ ИЗ ГЛУБИНКИ РОССИИ

Он тяжёлый в общенье и в жизни отведал такого,
Отчего от людей перебрался подальше в леса...
Только образов бусинки нижет и пестует слово,
Только пьёт из ручья и приветствует птиц голоса.

Он не ищет друзей, и ему ни к чему перекличка
В соцсетях по ранжиру, и табель о рангах смешон.
Только на руку сядет доверчиво утром синичка
И рассвета запрыгнут лучи, щекоча, в капюшон.

Что поделаешь, если всё резче – до слёз достоверно! –
Между каменным лесом и миром природы контраст.
Может, он чересчур нелюдим, может, замкнут чрезмерно,
Но зато никогда не растопчет мечту, не предаст.

Хрустнет ветка – а он повторит, пропоёт и запишет
Каждый шорох и отзвук носящихся в воздухе нот...
Потому-то легко переводит, как слышит и дышит,
Со звериного на человечий – и наоборот.

Не привык фестивалить – привык к немудрящему делу,
Вот и премий не густо, и славой не обременён...
А стихи золотые, а строчек крылатые стрелы
Пусть хранятся в колчане бессмертья до лучших времён...

Не знаю, как со всем этим быть. И как наше новое литначальство собирается во всём этом разобраться с помощью таблиц. И такая ли переоттестация на самом деле нам, писателям, нужна? Конечно, нам очень нужно проредить наши ряды, очистить Союз от любительства и графомании – давно пора бы этим заняться! Особенно в последние годы в региональные отделения (да и в центральные!) напринимали бог весть кого, по знакомству и за деньги, и это ни для кого не секрет. Разгул графомании в профессиональном сообществе сейчас такой, что яблоку некуда упасть – попадёт в графомана, и с этим нужно что-то делать, поскольку это грозит полной потерей читательского вкуса и размыванием русской литературы вкусовщиной и поделками пустоцветов. Но какими методами искать таланты, как поощрять истинных избранников богов – остаётся непонятным. Однако то, что делать это необходимо, не вызывает никаких сомнений. Иначе погрязнем в ура-отчётах и фестивальной бесовщине, упуская главное – личность писателя, его судьбу, его неповторимое творчество. И в конечном итоге – будущее русской литературы.