Мы бросаем швартовы

Берег причала дрожит под ударом волны,
Облака над заливом черны и полны.
Мы бросаем швартовы в холодный рассвет,
Оставляя на суше несбывшийся свет.
Корабли замирают на краткий покой,
Чтобы снова мериться с бездной морской.


Капитан проверяет истертый планшет,
Там пометки о том, где нас больше уж нет.
Горизонт режет компас линией дня,
Эта верная штурманская — западня.
Тишина в гавани слишком горька,
Когда знает фарватер рука моряка.


Тяжёлый якорь разрывает пену,
Металл уходит в ледяные воды.
К погодным мы привыкли переменам,
Волны морские скроют все следы.


Сталь коснулась ледяной воды,
Мачты режут полночное небо.
Оставляя в заливе лишь пустые следы
Там, где мир разделяется на быль и небыль.


Пусть соль впиталась в трещины на коже,
И наша жизнь — от порта и до порта.
И ураганный шторм нас утопить не сможет,
Порой нам кажется — мы люди иного сорта.


Время мерить не днями, а ритмом волны,
Где разлуки предельно ясны и верны.
Краткий миг тишины перед долгой борьбой
Между твердой скалой и седой глубиной.


Горизонт затянул свой тугой ремешок,
Пряча солнце за складки свинцовой одежды.
Мы уходим туда, где остался должок —
На лоскуте тельняшки — наше знамя надежды.


Здесь не найти скупой мужской слезы,
И не ищи в глазах улыбки, нежность.
Среди стихий, обломков вечных льдов,
Нас повенчала моря синяя безбрежность.


Снова сирена режет пелену,
И горизонт затянет серым дымом.
Мы не пойдём ни к чёрту, ни ко дну,
Плывя путём суровым и незримым.


Уходим в океана пустоту,
Где звёзд созвездия погаснут
в облачном тумане.
Мы твёрдо верим в сталь
надёжного плота,
В этой морской, с ветрами
и глубинами, нирване.


В каюте короток ночлег,
Пока ветра тебя не разбудили.
Там, за кормой, растаял тихий брег,
Где нас так преданно любили.


Любимых лиц стираются черты,
Осталось только время ожидания.
На перекрёстках синей немоты,
Где нет тепла и нет уже свиданий.

Канаты вьются, словно змеи, у колен,
Железо стонет, принимая новый груз.
Мы добровольно выбираем этот плен,
Меняя берег на солёный, терпкий вкус.


Маяк моргает нам, как старый кредитор,
Считая мили и потерянные дни.
И бесконечный водный коридор
Не гасит в наших каютах светлые огни.


Небо выкатит грозы с молнией глаза,
Пройдёт полгода или вечность до утра,
Прежде чем море страха вытребует дань,
Чтобы уйти туда, где север и ветра
Пересекают призрачную грань.


Под ногами не почвы, а бездны оскал,
Глубина нам диктует суровое право.
Если кто-то за бортом свой берег искал,
Значит, сердце его оказалось неправым.


Среди ржавых цепей
океанских глубин
Стрелка компаса курс
нам укажет домой.
Время плавит часы,
волну разрезая,
Мы в жестокие прятки,
С судьбой играем.


Через месяц, другой,
круг замыкается снова,
Чтобы в гавани старой
сойти на песок.
Расставания пульс
бьёт в горячий висок.
Мы на суше вслух
матом не скажем
ни единого слова.

Возвращаемся мы сквозь туманные широты,
Где суровый мороз и безумство штормов,
Чтобы снова уйти в бесконечный поход,
Чтобы увидеть с борта в дымке суши опло;т.


Пройдёт зима, растает лёд,
Суда вернутся сквозь седые штормы.
Но тот, кто в сердце верность к морю не сберёт,
Не впишется в привычные законы.