Господа, господа! О, простите, что смех меня душит

Офицер I:

«Господа, господа! О, простите, что смех меня душит…
Вы взгляните, о, Боже, кто пожаловал к нам!..
Петька Карпов, денщик… за стакан он продаст свою душу.
Ну и что, что контужен? Сюрпризом он будет для дам.

Так позвольте его пригласить! Вы не против, мадам, умоляю!..
Но извольте в глаза не смеяться – он в амбиции сразу впадёт.
Эй, гарсон, позовите! 300 водки смирновской и лапшу с потрохами –
После, после мне впишите в счёт.

Что, дружище, стоишь? Да иди, да иди же скорее!
Ба! Да ты, брат, смотрю, уж меня признавать перестал?
Дамы и господа! Поскорее его обогреем…
Он - с мороза. Продрог. Не здоров. И, конечно, смертельно устал.

Подпоручик Забелин! Налейте скорей ветерану!
Не смущайтесь, дружище, ведь здесь собрались все – свои…
Я не стану, клянусь, бередить Вашу старую рану…
Не могу, когда плачет вот здесь – на чужбине – мой сын земли.»

Ротмистр:

«Господа, господа! Я растерян… Прощенья прошу…
Что сказать вам про боль, что казнит по ночам меня, душит?..
Вы ведь слышали, верно, безумцем слыву, но твержу,
Что не Карпов я Петька, а гвардии ротмистр Долгушин…

Да не прячьте усмешку Вы в веер, мадам – я ведь правду скажу!
Как коня подо мной застрелили бесноватые орды плебеев…
Я был в голову ранен – хотите, я шрам покажу?
Я без памяти был. Становился слабей и слабее.

Петька Карпов! За что он меня пощадил?
И зачем подарил эту жизнь – где тоска, и позор, и призренье?
Понимаете, он мне одежду сменил.
На свою. Превратив дворянина, меня, лишь в своё отраженье!

Господа, господа! Я продрог, я простужен, дрожу…
Да, я жалок… Я низок… Пред ним, но отнюдь не пред вами!
Нет, не надо, оставьте, я Вас ни о чём не прошу
Monsieur, merci, oui c`est tout, merci bien Вашей глупой напудренной даме

Офицер I:

«Он уходит! Уходит! Гарсон, эй, его не пускайте!
Господа, он обижен… Красавец, гвардеец, улан!
Какова Одиссея? Ха-ха! Что стоите, как пень? Наливайте!
Поднесите, гарсон… Это ли не печальный роман?

Не ломайтесь, прошу Вас, приятель!  Да пейте же… Пей же!
Как тебя там? Ты - Петька, Гаврилка, Семён иль Демьян?
Господа, позабавил нас «ротмистр» сказкой своею!
Поднесите ему… Честно он заработал смирновской стакан!»