В промозглом сумраке

В промозглом сумраке так веет пустотой
скрипит февраль, как старое перо.
И город дышит ржавчиной густой,
и небо низко – словно серебро
потёртое, забытое в кармане
пальто, что пахнет тленом и судьбой.
Я здесь один – на медленном экране
реки, несущей нас с тобой.
Вода листает чёрные страницы,
где каждое мгновенье – как строка,
и фонари, как поздние частицы
созвездий, осыпаются с виска
пространства. Время крошится, как мел.
Его следы – на плитах и в ладонях.
Я ничего удерживать не смел,
кроме дыханья в стынувших перронах.
И если смысл – лишь пауза в пути,
лишь запятая в длинном предложенье,
то стоит ли пытаться обрести
в разлуке – окончанье и спасенье?
Пускай диктует кто-то свой устав,
пускай они твердят о неизбежном, -
я остаюсь, границы все поправ
между «сегодня» и «когда-то прежним».
И в этой зыбкой, северной тиши,
где ночь длинней, чем память о разлуке,
рождается спокойствие души,
пускай оно рождается и в муке.