Бог внутри женской души

В ту ночь, когда смиряются и звёзды
Под тяжестью безмолвствующих небес,
Я к Богу вознесла свой голос поздний,
Как возносят плач туда, где свет исчез.

И я сказала: «Господи, ответь мне,
Зачем Ты в сердце женщине вложил
Такую нежность — хрупкую, как пепел,
И силу ту, что больше всяких сил?

Зачем любить, когда любовь ранима?
Зачем прощать, когда болит душа?
Зачем хранить в себе необъяснимо
Огонь, что гаснет, медленно дыша?

Зачем Ты учишь ждать сквозь годы, Боже,
Когда у времени безжалостный закон?
И почему чем чище сердце — тем дороже
Ему даётся каждый новый стон?»

И тишина, подобная причастью,
Коснулась лба невидимой рукой,
И голос, сотканный из света и участья,
Пролился в сердце тихою рекой:

«Затем, что женщина — не только плоть земная,
Но та, в чьей кротости сокрыта мощь морей,
Ты создана любить, себя сжигая,
И возрождать из пепла жизнь людей.

Ты носишь в сердце то, чего не знают
Ни горы древние, ни хладная заря:
Способность верить, даже погибая,
И быть источником, когда кругом — пустыня и земля.

Не проклинай ни боли, ни разлуки —
Они лишь учат душу высоте.
Ведь самые благословенные руки
Всегда дрожали прежде в темноте».

И я заплакала —
Не от тоски, а от прозренья,
Как плачут те, кто истину нашли:
Что женское великое терпенье
Есть отблеск Божьей, любящей земли.

И с той поры, сквозь радости и грозы,
Когда в душе ни света, ни дорог,
Я поднимаю к небу свои слёзы
И шепчу: «Я слышу Тебя, Бог».