Рецидивист. Справедливость?

Фемиды людей слепы. Они кричат: «Варраву!» Фемиды людей слепы. Они, как киник, как собака Диоген, ходят с фонарём, и говорят «Ищу человека!» Мне это напоминает «собачье сердце». «А где ты этих кошек находишь?» — «Да я их сердцем чую!». Я встречала многих рецидивистов и просто убийц. Они всегда говорили о себе просто: «я вор.» или «я там, согрешил». Никто из них не назвался невинным, святым, и святош там, не любят, не принимают. И всё-таки... Когда-то одна культурная женщина, работник медицины, близко мне знакомая, сказала, чтоб я умирала, и что, когда я заболею, она меня лечить не будет. Когда я заболела, меня лечили убийцы, которым вдруг стало меня жалко. Как перевернулся мир для меня. Конечно, есть Христова зрячая справедливость. Был один писатель, которого безвинно посадили в тюрьму: всю жизнь он считал, что сидит за то, что виноват перед бывшей женой - много пил. Мне этот писатель по душе очень близок. Всегда, за что бы тебе не нанесли удар, есть за что его получить. А мир, всё-таки, перевертыш. Культурные люди убивают детей, своих и чужих — им не жалко ни тех и не этих. Это делают абсолютно культурные люди, Чикатилы, поклонники Молоха. Я знаю таких бандитов, которые никогда не смогут родить своих, но им жалко чужих, которые защищают нас на войне, пока благородные и невинные утопают в роскошной беспринципной безнравственности. Конечно, не стану упоминать художественные образы в искусстве таких фильмов как «Леон» или «Брат». Их наверняка где-то подсмотрели, и умолчали, где именно. «А в тюрьмах у нас живут хорошие и добрые люди.» — звучало в Чиполлино. Но не те, которые сами кричали о том, что они добрые, а те, которые не доказывая ничего миру, просто сохранили в себе человечность, не оспаривая своего приговора, может, иногда чуть да вспоминая, как же они до такого дошли, эти бедные люди, которых я обвинить ни в чём не возьмусь. А судьи кто? Кто судьи, тот и судит. А у нас другая квалификация — прощать и полагаться на Промысл Божий.