По тонкому льду осторожно иду

По тонкому льду осторожно иду
Нельзя мне назад, хоть и чую беду.
И я не один осторожно иду –
Нас много на тонком и гнущемся льду.
Идем осторожно, но там или тут
Вдруг крикнут: «Спасите», и крики замрут.

Идем одинокие тесной толпой,
Довольные только самими собой.
Наш Бог – доброта, но бездушье и ложь,
И жадность, и хитрая зависть как нож
Поранили души, двуличье внедрив,
Сочувствие выгодой в нас заменив.
Они между нами спокойно идут
И радость доверия к людям крадут.
Вот снова: «Спасите»!, но рот полыньи
Закрыл равнодушные губы свои.
Угрюмо струится подледная мгла,
Опасность в нас жаркую веру зажгла,
Что если увидим друг в друге себя,
То станем Я – Ты, ну а Ты это Я.
Тогда наши зависть, и ложь, и двуличье,
И мимо скользящее безразличье
Направлены будут на нас же самих.
И крикнул я людям, болея за них:
«Эх, люди, вы люди, черт вас бы побрал,
Поможем же тем, кто устал и упал.
Давайте друг друга за руки возьмем,
Тогда мы до берега живо дойдем!»
И люди поверили, люди зажглись.
Друг в друга всмотрелись. Руками сплелись.
И берег видением быть перестал …
Но тут я проснулся! Эх, лучше бы спал!