Выстраиваю

Поставит

Все восклицательные знаки
поставит дождик на воде,
в ней отражаются бараки,
как непонятность на звезде.

Ох! ты, Расея, эх! Расея,
во всём беспутная страна,
неделями идёт веселье,
годами длится вновь война.

Как кошек мучаю я ночи,
на привязи я их держу.
Безумие во мне хохочет –
опять я на спине лежу.

Нас мучает пространство ночи,
неадекватность серых дней.
Непреходящее отсрочив,
сверхсветовых в том скоростей.

Но с переменой постоянства,
идут возможность и молва
от промежуточности станций
и до безумства торжества.


За благо

Потухший в видимом отрезке,
от линии парсеков лет
остались ветхие лишь фрески
да оцифрованный ответ
на все вопросы в промежутке,
где перевоплощённый звук –
недолговечный след, где сутки
выпархивают в ночь из рук.

Нас Новый год не вдохновляет.
Он в камуфляже вновь пришёл.
Царь, власть концертом забавляет.
Войну за благо царь наш счёл.
Она несётся по Планете
под именем святым Земля.
А царь катает на карете,
а следом стелется вновь мгла.


Выстраиваю

Летал над льдами и полями
и над болотистой тайгой.
Живу на Солнечной поляне.
Я тот же самый, но другой.

Слова выстраиваю в строки –
и наступает торжество.
Проходят в беспорядке сроки,
стареет, дрябнет естество.

Душа, не возмущаясь, плачет
от беспокойства без строки,
а возраст по ступеням скачет,
вздыхает – жизни коротки.

А краткость-то сестра таланта.
В скрижали выбито давно.
Зима из снега лепит банты,
её снимаю для кино.