Анна Каренина и чистка картошки

— Ты знаешь, я вчера на кухне, Жень...
Листала боязливо и тревожно
Чужую, неприкаянную тень
Той Анны, под истертою обложкой,

Где мы привыкли видеть просто том,
Историю любви и смертной жажды.
Но там — ковчега внутренний разлом.
Единожды. Навек. И это страшно.

Она срывала счастье, как во сне,
Как будто счастье — гроздья винограда,
Которые крадут, берут извне,
Живое преступая безвозвратно.
 
И вот, с ножом над мойкой, в тишине,
За чисткою картофелин и свёклы,
Я поняла: свобода — не побег.
Пожар во тьме — не свет родимых окон.

Долг — не оковы. Долг — это рука,
Что держишь, согревая в лютый холод.
И Анна под колеса б не легла,
Когда бы знала: мир любовью полон

Не той, что жжет, а той, что без прикрас
Вновь моет раму, сыну нос закапав,
И ставит старый чайник в сотый раз,
И не дает сорваться в бездну страха.

Всё остальное — наносная муть.
Любовь не мыслит зла, она безмолвна,
Свое не ищет, но мостит нам путь
К всепониманью... с полуслова.