Он целовал... Он целовал увядшую ромашку.
Помятую, распятую людьми.
Но мягкую, как будто бы барашку,
Не телом, а душой своей, пойми...
Он целовал ее не потому что добр,
Он обнимал, пытался телом сшить.
Пришить ей каждый чертов лепесточек,
И дать ей хоть какой-то смысл жить.
Он не пытался стать ей кем-то близким,
Поезд ушел, сквозь пальцы текли дни...
Он потерял ее в начале мая, морально низкий.
И стали друг для друга далеки...
Писал тогда стихи, в любви он клялся.
Пил, гулял, немного ее бил...
Потом из-за фигни одной сорвался
И полностью, как вазочку, разбил.
Теперь Он целовал увядшую ромашку.
Помятую, распятую людьми.
Не понимая, почему эта дурашка,
Забыла об его любви...
Почему эта дурашка, забыла о его любви?
© Copyright: Диана Караваева, 2026
Свидетельство о публикации №126041406017
Свидетельство о публикации №126041406017
Рецензии