Глава 7 отец

Глава;7. Яков Степанович: путь сквозь времена


Мой отец, Чернов Яков Степанович (1908;г.;р.), родился в селе Саврасово Семёновского района Нижегородской области. Человек сложной и противоречивой судьбы — одновременно волевой и порывистый, умевший и вести за собой, и наживать беды.

Юность: кличка, драка, наказание

По его рассказам, он всегда стремился к лидерству. В кругу сверстников его звали Якуня — производная от имени.

В 18;лет Яков в драке убил соперника колом. За это отбыл наказание.

Позже, оставив в Саврасово троих детей, он отправился покорять Сибирь. Несмотря на всего четыре класса образования, благодаря уму и настойчивости устроился бухгалтером.

Война и возвращение

Перед самой войной, в 1941;году, Яков Степанович познакомился с моей мамой.

Затем — война. Отец не раз отличался на фронте и был награждён медалью за храбрость. В феврале 1945;года, после ранения, его комиссовали по состоянию здоровья.

Возвращение с фронта — радость и вопрос: где работать по специальности?

Через год появилась вакансия бухгалтера колхоза в деревне Казанка (Колыванский район, Юртабалыкский сельсовет, Новосибирская область). От Бархановки — более двухсот километров по округу, но по зимнику через Обь путь короче.

Без транспорта. На телеге, с коровой на поводу, с тремя детьми — семья преодолела этот путь.

Казанка: два года жизни среди татар

Казанка была чисто татарской деревней. Я быстро освоил язык. На вопрос «Син татар малай?» отвечал: «Ёк, мин урус!».

Многие татарские слова, песни (и, увы, не нормативную лексику) я и сегодня могу произнести без акцента.

Помню вечера на озере Кирек: я тихо плыву в лодке, зубами держу леску от блёсны, которая в двадцати метрах сзади своими колебаниями привлекает щук. И вдруг кто;то из местных запевает «Кара урман…» — и сердце замирает. Мелодия перекликается с русской «Шумел камыш» или украинской «Реве, та стогне Дніпр широкий».

Резкий рывок блёсны прерывает мечтательность: «Ну, что там?…» А там — щучка на три килограмма. Поймал — и на выпускной подарил учительницам.

Разрыв и возвращение в Бархановку

Прожили в Казанке два года. Время было такое: на войне погибло много мужчин, женщин оставалось в избытке. Устоять перед соблазном дано не каждому.

Мама, почуяв неладное, сделала строгое предупреждение. Когда это не помогло, «очень прилично» побила молодую соперницу.

Вскоре семья собралась в обратный путь — но уже без отца. Мы вернулись в родную Бархановку. Мне было три года. Помню, как, ступив на родную землю, я произнёс: «А народ;то тут весь русский!»

«Ритуал» вызова отца

Спустя два года после расставания мама попросила меня подойти к русской печке и в трубу жалобным голоском позвать папу приехать и навестить сына. Я исполнил этот «ритуал».

И — вы не поверите — через две недели на пороге появился отец. Он вручил мне подарок — наручные часы.

Мама, как бы сейчас сказали, обладала определёнными экстрасенсорными способностями.

Через день отец снова уехал. Он жил тогда в Томске. Его жена, Екатерина Фёдорова, была моложе на 18;лет и работала бухгалтером в столовой университета. Сам Яков Степанович занимал должность главного бухгалтера Томского ипподрома.

Томск: визит и прощание

В пятом классе я навестил их. Они жили в бараке на улице Фрунзе,;92 — в комнате площадью 12;квадратных метров.

Город мне категорически не понравился.

Во время прогулки по Городскому саду отец предложил мне попробовать пиво. На вкус оно напомнило осиновую кору — возможно, поэтому я так и не стал любителем этого напитка.

Через два дня отец купил мне билет на верхнюю полку плацкартного вагона до станции Болотная. На прощание подарил чёрную каракулевую шапку.

Новый этап: учёба в Томске

В 1960;году я поступил в Томский лесной техникум.

В 1962;году проходил практические занятия в Тимирязевском леспромхозе.