Закрыта книга. Смолкнул гул столетий.
Туман ложится надписью в гранит.
Мы — те, кто за былое здесь в ответе,
В чьих жилах память древняя гудит.
Прощальный долг. Куракинской эпохи,
Последний штрих мерцает небосклон.
В Париже только тени, только вздохи,
О том, что стало былью, а не хлебом от отцов.
Но кровь не вытравить она ведёт к изломам,
Минуя казематы и посты.
Дворянский дух он не берёт расчёт,
Он лечит мир, минуя все мосты.
Мой парус поднят. Крылья у дракара,
Секут эфир над пылью всех дорог.
Я не пишу у похоронок строк суровый,
И милость та, что даровал мне Бог.
В Малайзии ль, и Тегеране не под зноем,
Где дети шепчут правду дай им Бог.
Мы встанем в рост. И небо мы раскроем,
Забыв про боль, про горечь и про страх.
Это исход не в бездну, не в изгнанье,
А к берегам, где память оживет.
Исчезнет на пути моё призванье,
Чтоб чью-то душу к свету воззовет.
Последний исход. Посвещается графу Олегу Куракину
© Copyright: Андрей Санталайнен, 2026
Свидетельство о публикации №126041308437
Свидетельство о публикации №126041308437
Рецензии