священный мятеж - не от Вас ли?

Продолговатый и твердый овал,
Черного платья раструбы...
Юная бабушка!   Кто целовал
Ваши надменные губы?


Чистая, безупречная кожа, светящаяся так, что больно смотреть. Такая  бывает только в фантазиях. Кожа, что вызывает зависть лишь тем, что осмеливается существовать в реальном мире…


Темный, прямой и взыскательный взгляд,
Взгляд, к обороне готовый.
Юные женщины так не глядят.
Юная бабушка, кто вы?


Бабушка. Юная.
Портрет  на стене… . 
 Красный цвет  платья настолько ярок, что приходится приглушить его черным  —  иначе кровью плеснет с картины. Глаза — бледно-голубой металлик, сияющий искусственный цвет, немедленно вызывающий зависимость.  Деталь в интерьере.  Только знаете, мальчики-девочки, не деталь это.
Не  деталь.


Сколько возможностей вы  унесли,
И невозможностей - сколько?
В ненасытимую прорву земли
Тридцатилетняя полька...


Конечно, я с ума схожу по ней. Однако я называю это «влюблена» и практически не вижу разницы между любовью и навязчивой идеей. И хотя я начинала понимать, что быть счастливой с ней,  и быть  своей  среди ровесников — далеко не одно и то же, потребовалось мужество, чтобы соединить одно и другое.


День был невинен, и ветер был свеж,
Темные звезды погасли.
Бабушка!  Этот жестокий мятеж
В сердце моем - не от вас ли?..
 

Бабушка,  это я вам.
Мне явно вас не хватает.
Конечно.
Все нормально.
Проехали.
Не могу ничего объяснить. Информация запрещена к разглашению до трёхтысячного года. Но рассказать то я могу? Тебе. Только тебе...

Она чудилась мне везде: в битком набитых людьми торговых центрах, в машинах, пролетающих по автостраде навстречу, в глубине непроходимой толпы...

Ты будешь не последней  из тех, кто охраняет мою жизнь от вторжения зла и безумия. Что за день! Сколько обещаний в завтрашней весне! Как дает себя знать близость  моря! Ты меня понимаешь? Немного закружилась голова. От счастья до печали - один шаг. Вот страница, на которой мы пишем и стираем наши зыбкие объяснения.
У тебя потребность изумляться?
 Каплей росы?
А мне - задыхаться словами.

Эссе насСтихи Марины Цветаевой.