Признание

(цикл «В дороге»)

Собирайся, подруга. Нет, ключи не бери.
Мы никуда не поедем. Останемся здесь, внутри.
Внутри этого старого, пыльного, тёплого салона,
Где когда-то впервые услышал, как дышишь ты сонно.
Заглуши мотор. Слышишь? Тишина.
Ни навигатора, ни радио. Только луна
В лобовое стучится, как будто ей тоже неймётся.
Скажи, как ты догадалась, что мне не живётся?

Ты привыкла, что я — твой штурман, твой друг, твой брат.
Что я подвезу, заберу, промолчу, когда буду не рад.
Но сегодня, прости, я сверну не на ту полосу.
Я люблю тебя. Вслух. Без игры в полосу.
Помнишь, мы как-то ехали в дождь, ты спала,
А на встречке фура слепила, и я подумал: «Вот зла
Мне не хватит, если я её не скажу»?
Не хватило. До сих пор к горлу подношу.

Ты — моя лучшая. Это как стоп-кран в поезде.
Но я больше не в силах держать себя в жестком рейсе.
Я хочу, чтобы ты положила ноги на торпеду,
Как тогда, когда мы уезжали в никуда из обеда.
Только теперь не к твоим родным. И не к моим.
Мы просто поедем туда, где мы будем — двоим.
Где не надо врать, что я просто «друг из машины»,
Где можно целовать твои пальцы, а не бензин.

Я боюсь. До дрожи в коленке, что давит на газ.
Но ещё больше боюсь, что проснусь через год и, угас,
Пойму: не сказал. И останется только трасса,
Вечные сборы, попутчица, но не принцесса.
Ты же знаешь мой стиль: сначала паника, потом — сто километров в час,
Потом — тишина, потом — понимаешь: я спас.
Ты спасла меня от одиночества в этих пробках,
От пустых попутчиц, от фальшивых коробок передач.

Так что давай, решайся. Молчание — тоже ответ.
Но я знаю, как ты смотришь, когда моего в ответ
Нет на твои «как дела?» — ты смотрела иначе.
В зеркало заднего вида. Я видел, не прячь.
Поехали, подруга. Только теперь — навсегда.
Заведём этот двигатель, глядя глаза в глаза.
Я люблю тебя. Признаюсь. На триста шестом километре.
Осталось только сказать: «Я ждал тебя всю эту ветку».