Сюрвоспоминание
Июльский вечер. В шелесте листвы,
согбенных ветром и с корнями выпирающими,
как ребра обнажившегося трупа, из размытых
течением воняющей гниением Чермянки берегов,
убогих серостью своей ракит, я слышал
упрек лишь, моему присутствию на территории
загаженной отходами
сплошь человечьей жизнедеятельности.
Холодный сумрак с жадностью убийцы
протягивал свои невидимые пальцы к моему
незащищенному от страха сердцу,
пытаясь ими обхватить его
заставив биться чаще. Это чувство
мне было незнакомо и я, сжавшись до
размера маленькой ничтожеством своим души
продолжил путь в неведомое.
Я встретил девушку. Она
стояла в одиночестве, погруженная в мысли...
Лицом округлым, даже полным, в обрамлении
волос каштановых и жидких, вьющихся до плеч,
та олицетворяла простоту, что свойственна
и падшим женщинам и чистым,
но первое, мне кажется, верней.
Я подошёл к ней и завел, ни на что не надеясь,
банальный разговор шаблонного знакомства...
И вместе с ней плывя в мерцающем
течении флюидов нашей обречённости
и одиночества, я видел, как
наш наскоро сколоченный лже-плот лже-бытия
уткнулся в берега телесного желания.
И вот, мы покидаем край
убогих серостью своей ракит.
И окунувшись в полумрак подъездной пыли
и скрежета зубовного обшарпанных дверей,
меж маршей лестничных заплеванных жильцами
испытывали кайф животного инстинкта.
И порождённые движениями тел,
что отражались на немытых стёклах,
на стенах шевелились тени,
Порочностью своей пристыживая нас.
Афанасий Максимов
15.11.2020
Свидетельство о публикации №126041305783