Лишь тени серые остались

Умолкли звонкие обманы,
Остыл восторженный порыв.
И время шрамами на раны,
Легло, былое заслонив.

Лишь пепел лёг седой и хладный,
На прежде пламенный алтарь.
И гаснет отблеск безотрадный,
В страницах, что листала старь.

Где прежде искры задыхались,
Рождая дерзкие мечты,
Лишь тени серые остались,
Среди безмолвной пустоты.
 
В реке минут, неумолимой,
Уплыл в небытие челнок.
И жизни праздник, мимо шедший,
Свернул за дальний уголок.

Рука, дрожа, листает Томы,
Где каждый слог — как уголёк.
Но дух, уставший от истомы,
От тех горений стал далёк.
 
Померкло золото кумиров,
Истлел венчальный их венец.
В пустынных залах старых пиров,
Царит забвенья хлад-жнец.

В тумане памяти неверном,
Мерцает пройденный маршрут.
Где в ослеплении безмерном,
Мы ждали милостивых пут.
 
Но алтаря гранит расколот,
И тщетен жертвенный обряд:
Лишь тишина да мудрый холод,
О неизбежном говорят.