Посвещение Константину Карловичу Гроту

Посвящение Константину Карловичу Гроту

На берегах и царственной Невы,
И Волги широкой, что так полна,
Остался след нетленной доброты,
Что изливал, как солнце, он сполна.
Не для чинов и не для звонких слов
Свой дух он мужеством ковал в труде.
Он звал из тьмы слепых сынов и вдов,
Даруя свет в кромешной слепоте.
Его перо — не меч, а посох был,
Что бил ключи из каменной стены.
Он тишину сиротских келий жил
И открывал для них миры со звоном сны.
В Самаре строгой, в нищенской глуши,
Где ветер выл протяжно и сурово,
Он строил не дворцы в тени дубров,
А школы, приюты — храмы без основы.
И мысль его, как свеча во тьме ночной,
Не позволяла сердцу остывать.
Он был не вельможа со свитой,
А странник, что нес братьям благодать.
Его душа — как четкая тетрадь
Для тех, чей взор опутан черной мглой.
Учил он буквы темным узнавать,
Чтоб мир предстал внезапно и большой.
И потому над Волгой и Невой,
В сердцах, что помнят долг и доброту,
Ложится тень с бессмертною хвалой
На памятник забытому Гроту.
Оставь, потомок, спешный свой маршрут
У этой скромной, строгой кромки лет.
Он тихо спит. Но если мир остудит лют,
Его дела согреют, как букет.