К светлому празднику - Пасхе

Я — тот, чей крест на Голгофе воздвигнут,
Чей бок от копья предательски взрыт.
Смотрю: Моим именем воздух пропитан,
Но дух от веселия сыто храпит.

Разговелись… Звенят стеклянные шоты,
Лампадное масло чадит в куличе.
«Во имя Твое'!» — и смердящая рвота
Течет по изгибам воскресной парчи.

Я вижу: целуют святые иконы,
И матом крошат неповинную плоть.
Там деву ласкают в кустах анемоны,
Тут тварь непорочную гонят колоть.

"Прости, Господи!" — шепчут уста ледяные,
С похмелья икнув, осеняя живот.
Они полагают, что муки земные —
Как масло на влаге, что пламя сожжёт.

Они, словно дети в чулане игрушечном,
Творят непотребство, гадая впотьмах,
Что в омуте тёмном, вином окропленном,
Спалит их грехи бездыханный Мой прах.

Но Я не палач. Я — Агнец закланный,
Мне жалко вас, бедных, до слёз, до кости.
Вам мнится: Я — идол, молвой осиянный,
Которого можно свечой умастить.

А Я лишь хотел, чтоб в молчанье великом
Вы ближних согрели, как Я вас согрел.
Чтоб не был ваш праздник ни свинским, ни диким,
А был бы воистину чист и священ.

Вы — чада. Заблудшие. Смертные. Нищи.
И Пасха Моя — это красный восход.
Не пойте же гимнов на бренном кладбИще,
Стирая с лица мою кровь, точно пот.