Что наша жизнь... глава 22

Глава 22
  Узнать адрес бывшего военного было несложно и на следующий день Вадим был у дверей квартиры, в которой жила мама Оли. На его настойчивый звонок ответом послышались тихие шаги, как будто  кто-то лёгкий, невесомый подходил к дверям и не торопился открывать завесу над тайной. Щёлкнул замок. В проёме открытой двери Вадим увидел женщину, удивительно похожую на Олю, но только сиянием голубых глаз, все остальное в лице , фигуре и походке было наполнено таким горем, что казалось ещё одно движение и оно вырвется из неё штормовой волной.
 Она доверчиво смотрела на молодого человека, а он не знал как начать разговор, как распросить её о том далёком, о том что сломало её, а что сломало он это видел. Поэтому и пошёл на хитрость, сказал что расследует дела давние по роддому, информация о судьбе её ребёнка может раскрыть правду, что  произошло в те далёкие годы. Возможно её ребёнок жив. Увидев как изменилась в лице эта женщина, как встрепенулась, он почувствовал себя преступником, человеком знающим правду, но он не мог донести её не расплескав. Она откровенно рассказала ему об обстоятельствах её трагедии, не скрывая, не оправдываясь, только с сожалением корила себя за то что послушала мужа подписав отказ.  Как она боялась за судьбу своего любимого, боялась что его просто найдут однажды мёртвым и никто никогда не узнает обстоятельств его гибели. Именно её муж так нарисовал картину будущего её любимого. Она узнала тогда какой жестокий он может быть и испугалась. Еще она себя уничтожала за то что была такой неришительной, не схватила в охапку доченьку, не убежала на край света.
Она с нежностью говорила о своей доченьке, заплакала, когда вспомнила как ей сообщили о смерти малышки. Тогда и рухнула она в пропасть, весь мир против неё. Горе захлестнуло разум молодой женщины, её судьба складывалась безжалостно и безнадёжно. Ещё момент понимания о том, что она находилась под контролем человека властного, жестокого и он своим поведением не давал надежды на свободу. Он считал, что женщина, принадлежащая ему,  будет подчиняться безоговорочно только ему, любить только его. Он решал как ей жить, кого любить, с кем дружить. Да и дружить ей было не с кем, зная его крутой нрав, его претензии, закрытость, двери его дома оставались заперты. Родителей у нее уже не было, сестёр и братьев тоже, уйти в неизвестность она не могла, её характер был подавлен. Никто не знал, что происходило в этой семье - какие разборки, ссоры, обвинения и оскорбления звучали в её адрес. Вот только соседи видели как из восторженной, весёлой девушки она превращалась в усталую, безрадостную, с потухшим взглядом женщину неопределеного возраста. В ней изменилось все - она стала одеваться в какие-то  коричневые тусклые тона, волосы завязывать в тугой узел, прятала их под такой же коричневой косынкой, теперь не стучали каблучки её туфелек, её походка стала осторожной и тихой. Соседи перестали замечать ее незаметную, необщительную, неинтересную. Смерть мужа мало что изменила в её жизни. Теперь она жила одна в квартире в центре города, на пенсию мужа, подруг у неё не было, жила подавленная свершившейся над ней и её дочерью казнью.