На все горазд
В нем пляшет страсть и тлеет жгучий стыд,
Он кровью жил на плахе и в запястье,
И манит вниз, и к чудесам открыт.
То он гранат, разъятый в сердцевине,
То он вино, забытое в пыли,
То слива, что мерцает на витрине,
То всплеск гибискуса в глухой дали.
Он предостереженье и отрада,
Рубин венца и зарево конца,
В нем бьется пульс пылающего сада
И строгий лик сурового творца.
Не обуздать, не заковать в бесстрастье
Текучей лавы бешеную нить:
Пылает он, взывая к буйству, к счастью,
Велит любить, страшиться и казнить.
Свидетельство о публикации №126041204544