На Пасху

В светлый праздник Пасхи
В церковь я направился,
Свечки там поставить
Всем живым во здравие,
А мёртвым всем за упокой.
Шагаю не спеша до храма
По тропе; а вслед за мной
Дряхлый старец ковыляет
С палкою в руках, с сумой
На плечах; едва живой,
Видно, что в пути устал он.
(Я сначала обогнал его,
А потом решил помочь;
Уделю-ка пятаков ему,-
Хлебушка себе возьмёт.
И ещё вино церковное
Есть со мною, пусть попьёт).

Повернулся я назад
И иду навстречу старцу,
И пятак уже достал,
Чтобы дать на пропитанье.
Подошёл к нему, и молвлю:
«Христос воскресе, старина!
С праздником тебя господним!
Вот тебе на хлеб пятак.»
- Воистину воскрес Христос!
Спасибо, добрый человек.
У меня был долгий пост,
И наконец смогу поесть.
«Ты сперва хлебни вина,
Хороший у меня кагор.
Да скажи, откуда сам,
И куда нужда несёт.
Давай присядем вот сюда,
Тут какое-то бревно,
Оно нам будет как скамья.
И поговорим чуток.»

Выпили мы, и сидим.
Странник этот говорит:
«Я родился в Ярославле.
А сейчас мой дом в степи;
По дорогам я скитаюсь
И прошу себе на жизнь,
Собираю подаянья.
Раньше жил я хорошо,
Не нуждаясь, припевая.
У меня богатый дом
Был, и пашня небольшая.
Я торговлю бойко вёл;
Днём и ночью на базаре
Ошивался; с барышом
Возвращался постоянно.
Дома добрая жена,
С нею малые ребята,
Сыновья: Игнат, Иван
Радостно меня встречали.
Ладно жили мы тогда.
Но потом пришла беда,-
Холера на село пожаловала,
И родных всех забрала,
На погост их всех отправила.
Я чуть не сошёл с ума...

Как же так? Ведь я живой.
Я хочу уйти за ними.
Что же делать? Боже мой.
Дети милые, и Нина,
Я не верю, что вас нет!
Я не буду дальше жить!
Не хочу я видеть свет,
Если нет моих родных! -
Говорил я так, а сам
Горькую ковшами пил
По утрам и вечерам.
Руки лезли до петли,
Я повеситься хотел.
Но хватило всё же сил,
Сам себя преодолел,
Перестал запоем пить.
И тогда тоска сильней
Навалилась на меня.-
Я их видел каждый день.
Дети бегают; жена
Догоняет их, кричит:
«Ваня, ну-ка подь сюда!
Отдавай наши рубли!
Игнат, лови его! давай!»
Потом меня она зовёт:
«Подойди-ка, посмотри,
Но не надорви живот!
Гляди, какие кубари
Вытворяют лоботрясы!
Присоединяйся к ним!»
Мы с женою посмеялись.
И пряники раздал я им...
А потом я вспоминаю,
Как с Иваном разговаривал.
Как Игната обругал.
Целый день перед глазами
Идут, идут воспоминанья.
Господи, как я устал!
Три, четыре дня держусь,
А потом опять напьюсь.

В доме нашем пустота,
От стены к стене хожу;
Душу рвёт печаль-тоска.
Слов сейчас не нахожу,
Чтобы выразить ту боль.
Очень было тяжело...
А коль возьмуся за дела,-
Всё повалится из рук.
Беспорядок тут и там,
В доме стало как в хлеву.
На базаре лишь убытки.
Все товары я продал,
А за новыми нет прыти
Ехать; я в аренду сдал
Лавку свою. А потом
За бесценок всё отдал,-
Сговорилися с купцом.
Так крестьянином я стал.
Но даже малый огород
Не сумел я содержать.
Пил проклятое вино,
И за пол года обнищал.
Дом продал; пошёл с сумой
По дорогам промышлять.
Тридцать пять годов прошло
С той поры. Вот так, земляк.»

- Веришь в воскресенье мёртвых?
«Я про это точно знаю.
Они обратно в жизнь приходят,
Снова в мире оживают.
В рай и в ад уйдут немногие.
Нету мёртвых перед Богом,
Живы все, - душа не знает
Тленья. Небосвод высокий
И земля - всех принимают
В новых обликах. Мы тут
Дальше продолжаем путь.
А кто-то в царствии небесном
Оживает, в неизвестных
Нам мирах. Идём-ка в церковь,
И поставим за всех свечи.»
- Вот! Я точно так же думал!
Зажжём свечу за всех живых,
И за мёртвых; всем им будет
Хорошо! Пойдём, старик...