Беседа с Императором

Большой государев титул Императора Петра Великого:
"Божиею милостию мы, пресветлейший и державнейший великий государь и великий князь Петр Алексеевич всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец: Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский, царь Казанский, царь Астраханский и царь Сибирский, государь Псковский, великий князь Смоленский, Тверский, Югорский, Пермский, Вятцкий, Болгарский и иных, государь и великий князь Новагорода Низовския земли, Черниговский, Рязанский, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский и всея северные страны повелитель, и государь Иверския земли, Карталинских и Грузинских царей, и Кабардинские земли, Черкасских и Горских князей и иных многих государств и земель Восточных и Западных и Северных Отчичь и Дедичь и наследник и государь и обладатель»

***
Над рекою над Невой небо серое.
Ветер с запада, и дождь моросит.
Я приветствую вас, Пётр Алексеевич,
Государь всея Великой Руси.

Императору дерзить не посмела б я,
Длинный титул помню весь наизусть.
Но не гневайтесь: ведь Малая, Белая -
Это нынче уж и вовсе не Русь.

Не сверкай очами, батюшка, грозными.
Погляди, как город стал твой хорош.
Ведь ни голодом его, ни морозами,
И ни смертию самой не возьмёшь.

Расскажу тебе про подвиги ратные,
Велика была цена славных дел.
Да не вам жалеть народ, императорам,
Коль народ и сам себя не жалел.

Что же нынче-то? Всё тучи сгущаются.
Темнота вокруг - не видно ни зги.
А с Европою со всей, получается,
Мы заклятые отныне враги.

Против нас теперь Голландия с ляхами,
Немцы, шведы - всё грозятся, как встарь,
Ну а что ливонцы вялые тявкают -
Стыд-стыдобушка, прости, государь.

И за Ригу ты прости, и за Ревель нас,
За Полтаву, что ушла навсегда.
Что могущество Российской империи
Утекает, как сквозь пальцы вода.

Всё поносят, проклинают Россиюшку,
У границы собирают полки.
Мутно,   страшно, да воспрять - нету силушки,
В сонной одури не сжать кулаки.

Знамо дело, будет надо - мы выстоим.
Супостатам нашу кровь не испить.
Полыхнут пожары Божьими искрами...
Да пожить бы - ах, как хочется жить!

Над рекою над Невой небо серое,
На гранит холодный плещет волна.
Возвращались бы вы, Пётр Алексеевич.
Шибко трудные у нас времена.