Парфюмер. Автор Вячеслав Чаплыгин

Female operatic soprano vocals beginning ethereal, airy and otherworldly, gradually transitioning and intensifying into twisted, aggressive, heavily distorted female voice, haunting high-range coloratura evolving into shrieking ferocity, dark trap waltz fused with deep soul, gothic horror atmosphere, eerie and terrifying, pipe organ dominant with heavy reverb, ghostly choir harmonies, themes of unjust suffering and merciless fate, emotionally intense, vengeful spirit in haunted cathedral, sinister minor key, slow menacing 3/4 rhythm, chilling whispers building to blood-curdling screams, dramatic swells into sonic violence.

[Куплет 1]:
В Каталонии, в веке пыльных кружев,
Где солнце плавит камни мостовых,
Жил парень, что был многим неуклюжим,
Бенито, тень средь франтов молодых.
Он не был статным, не был Аполлоном,
Болезнью с детства был отмечен лик.
Но шёл за ним повсюду женским стоном
Восторженный и полный страсти крик.

[Припев]:
Бенито, Бенито, о, дьявол во плоти!
Твой шёпот тихий – слаще, чем вино.
Как мотыльки на пламя, мы летим,
И нам уже, поверьте, всё равно.
Сгорают в пепел клятвы и венцы,
Лишь только ты коснёшься их руки.
Безумный гений, ангел сатаны,
Бенито, рвущий души на куски.

[Куплет 2]:
Сеньоры, графы, гордые идальго
Теряли жён, невест и дочерей.
Им стоило лишь выйти на фиалго*
С Бенито, тенью сумрачных аллей.
Одна беседа, взгляд из-под ресницы,
И вот уже летят к чертям мужья.
Наутро лишь пустые спальни, птицы
Поют о том, чего скрывать нельзя.
Он рушил семьи, словно замки в дюнах,
Смеялся тихо в шёлковый рукав,
Играя на неведомых им струнах,
Чужую верность подло обокрав.

[Припев]:
Бенито, Бенито, о, дьявол во плоти!
Твой шёпот тихий – слаще, чем вино.
Как мотыльки на пламя, мы летим,
И нам уже, поверьте, всё равно.
Сгорают в пепел клятвы и венцы,
Лишь только ты коснёшься их руки.
Безумный гений, ангел сатаны,
Бенито, рвущий души на куски.

[Бридж]:
Но гнев мужской – не женская слеза.
Он точит сталь и заряжает ствол.
Однажды ночью грянула гроза,
И суд свершился, яростен и зол.
В глухом проулке, под покровом тьмы,
Кинжалы прекратили его путь.
Они кричали: «Это сделал ты!»
Но тайны им его не почерпнуть.

[Куплет 3 / Развязка]:
Лишь мать седая, в чёрном вся, рыдала,
Сжимая в пальцах скромный флакон;т.
И городу секрет его предала,
Секрет его триумфов, славы, бед.
«Он не был колдуном, мой бедный мальчик,
Он был парфюмер, гений ремесла!
Он создал аромат, что нёс дурманчик,
Любовь, что на инстинктах проросла».

(Аутро]:
В флаконе бился самый сильный в мире,
Животный зов, запретный феромон...
Теперь он спит в холодной, злой могиле,
А в воздухе витает сладкий стон.
Лишь аромат... греха... и ничего...
Лишь аромат... греха... и ничего...