Случай в Курском госпитале

Открывает глаза, понимает:
Это госпиталь.
                Значит, спасён?!
Одна фраза.
                Ведь так не бывает?!
Пара слов.
                Неужели прощён?
 
И вопрос задавал всем, кто рядом:
"Как же всё же
                сюда я попал?"
Ждал ответа трепещущим взглядом,
Но - увы, каждый только плечом
                пожимал.
 
Через очень короткое время,
Накануне
               Христа Рождества,
К ним в палату заходит священник,
Всех водицей святою кропя.
 
И помазывал миром пахучим,
И иконочки
                всем раздавал.
Наш боец прям в лице изменился,
Лишь бумажный квадратик он в руки
                принял.
 
К горлу ком, губы вдруг задрожали.
Пальцы тоже
                слегка затряслись.
По щеке покатилась слезинка
                густая.
И воскликнул
                с трудом:
                "Это он с поля боя меня
                утащил!"
 
На иконке стоял на коленях
Здоровенный
                в плечах старичок.
С бородою, как молоко, белой
И такой же, в скуфейке, седой
                головой.
 
"Как зовут его, батюшка, кто он?!"
На край койки священник рядом приник:
"Это Курской землёю рождённый
Преподобный наш отче, монах
                Серафим".
 
"Ты давай-ка, браток,
                успокойся
И подробно нам всё расскажи -
Где ж ты мог это с ним повстречаться?
И откуда-куда он тебя
                утащил?"
 
"Наша группа была в окружении.
Все погибли. Очнувшись в кустах,
                я лежал
С перебитыми напрочь ногами,
Как берёзовый сок из коры
                вытекал.
 
ВСУки мимо прошли, не заметив.
Отлежавшись, по рации вышел на связь.
Мы все "двести", братки, вы уж нас               
                приберите.
Ну, прощайте. Навряд ли дождусь
                нынче вас.
 
Да, увидимся, друг,
                и подмоги не будет.
Мы с боями всем скопом назад
                отошли.
Даванул нас фашист прам по всей той округе.
Ты прощай, брат,
                и ежели сможешь -
                прости.
 
Потемнело. Лежу я тихонечко,               
                с жизнью прощаясь.
Глядь, стоит надомной во весь рост
                старичок.
В одеянии до пят и, слегка
                улыбаясь.
Складный дед! На талии чёрный плетён-ремешок.
 
Ты чего здесь, сынок, говорит,
                развалился?
Я опешил,
                не видишь, мол,
                раненым пал.
Ну добро,
                я тебя понесу,
                только ты, брат, молися.
Не умею я, батя, уж ты бы мне тут подсказал.
 
- И куда ты меня понесёшь-то, хоть знаешь?
Вся округа в хохлах, а для нас они ныне -
                враги.
В балахоне ты белом, прям как адмирал на параде.
Нас обоих прихлопнут. Присядь
                иль хотя бы пригнись.
 
- Ты, сынок, помолчи.
                Всю Россию от края до края               
                я знаю.
И где ваши, где наши и где в это время свои!
А тебе, слышь, внучок, ещё один раз повторяю.
Я тебя понесу,
                ну, а ты
                Христа Бога моли!
 
Это не тяжело. Проси Господа просто:
                помилуй.
И на спину свою он меня, как пушинку взвалил!
Не спина,
               а стальная плита,
                с богатырскою силой.
Не шатаясь и не спотыкаясь, меня потащил.
 
Я молитву шептал:               
                Господи, помилуй!
Потихоньку твердил, а в душе мне казалось кричал!
Долго нёс он меня. Был мороз,
                но не холодно было.
Ну, а далее,
                видно
                сознание я потерял.
 
Открываю глаза, понимаю:
Это госпиталь.
                Всё же, спасён.
Одна фраза!
                Вот так вот бывает!
Пара слов.
                И уже я прощён..."
       23.01.2025.г. В. В. П.