Искушение сучком 2

Нельзя спасти того, кто бежит к пропасти и при этом отмахивается топором. Какой бы ловкостью не обладал спасающий  - вероятность получить, пусть не смертельную, но жестокую рану, очень высока.

А, главное, что полученная рана всё равно не остановит бегущего и не спасёт его от гибели.  Тем более, что бежать к пропасти с топором наперевес - не единичный случай, а, можно сказать, массовый тренд текущего времени.

И проблема здесь не только в смертоносном лезвии, заточенном гордыней, а в том, что бегущие не видят, куда именно двигаются в объективной реальности. В их головах окружающий ландшафт выглядит совершенно иначе.

И в рельефе местности нет никакой пропасти, даже маленькой канавки не наблюдается, а только ровная дорога, уходящая в бесконечную даль необозримого и манящего мира.

«Какая польза человеку, если он приобретёт весь мир, а душе своей повредит?» - в толкованиях этого Евангельского постулата делается упор на то, что духовные ценности выше материальных, с точки зрения вечности.

Но в объективной реальности по-настоящему цельная, неповреждённая душа-сознание – это основная и самая, что ни на есть материальная ценность для любого человека в текущий, а не в грядущий отрезок времени.

И пусть она не имеет зримой, осязаемой формы, зато обладает невероятным защитным физическим потенциалом, как и все остальные ценности, которые принято относить к духовным.

А по сути, разделение  на «духовное» и «материальное» - самая губительная,  дьявольская профанация, разрушительная сила которой всё возрастает и возрастает – даже не год за годом, а изо дня в день.