Мне только ты ожить поможешь!

Я вижу тебя везде, мне мерещится уже твой образ, я как в тумане без тебя.
Покой Души? Скажи что это?
С тех пор как встретил я тебя и как услышал твой я голос, в огне горит Душа поэта.

Куда идти? Куда бежать? Хоть сердце вырви из груди, хоть разруби напополам, хоть растопчи, хоть удави, где нет тебя, мне жизни больше нету там.

Уже в молитвах занемог, колени стёр и лоб разбил.
Не слышит Он, теперь лишь ты мой Бог и мой кумир, мой свет и мой единственный Исток.

Я разрушил старый мир, чтоб у твоих остаться ног.
Но тишина в ответ звенит, и небо смотрит с высоты,
А в жилах не искра горит — течёт расплавленная сталь пока.
Я стал заложником мечты.

Я стал рабом случайного тепла?
Среди холодной пустоты, ты жизнь мою дотла сожгла.
И каждый вздох — как острый нож, и каждый миг — седая мгла,

Ты в кровь мою вошла, как истина, что ложью стать бы не смогла.
Клеймо твоё на мне горит, и не отмыть его слезами, я задыхаюсь, ты услышь.
Мой разум вдребезги разбит, я заперт между небесами.

Мне без тебя — повсюду смерть, в толпе я вижу лишь твой лик,
И этой боли круговерть не прекратится ни на миг.
Я не живу — я лишь пою о том, как страшно быть в плену,
На самом крае, на краю, я добровольно в нём тону.

Зачем тот день!? Будь свят тот час, когда заговорила ты...
Вдохнул тебя, но выдох не свершился, лишь о тебе мои мечты.
Теперь в душе огонь не гаснет.
И я тобой оставлен, среди гнеющей пустоты.

Скажи хоть слово, дай мне знак, верни меня из этой бездны, пусть сердце моё вновь воскреснет.
Развей густой, полночный мрак, пока мольбы не бесполезны.

Одно лишь слово — и очнусь, восстану вновь из пепла тлена,
Из царства грёз к тебе вернусь, порвав оковы злого плена.
Мне голос твой — глоток воды для тех, кто в выжженной пустыне,
Спаси меня от той беды, в которой я горю поныне.

Шепни — и пульс забьётся вновь и мир наполнится цветами и стану я как прежде жив.
Ведь в твоём слове — вся любовь, что небо делит между нами, где я гоним всегда тобою.
Я жду, застыв на рубеже, где жинь и смерть всегда со мною.
Горя в огне, и умирая вновь и вновь, с одной лишь истиной в душе: я жив — когда дышу тобою.

Скажи... и пусть наступит свет.
Я знаю, ты ведь можешь.
Избавить от холода и дрожи, согрей измученную кожу,
Ведь без тебя — меня здесь нет,
Мне только ты ожить поможешь.