Одиночество

Горло давится от хрипа, кожа мокрая от слёз.
Сижу я у окна открытого, смотрю лишь в серость наших грёз.
И что я вижу там? Отчаянье, забвенье и то, как скучен этот мир.
Я верю: всё пройдёт, пройдёт уныние, и мир не будет таким чужим.

Серость моих грёз в окне,
И тишина сильней, чем крик.
Я здесь, но будто бы нигде.
И в горле снова этот хрип.

А за окном темно и сыро, и свет дрожит, как на беду.
И жизнь как будто смотрит мимо, как будто ты не на виду.
Я слушаю, как тянет ветер, как скрипит в подъезде дверь,
И понимаешь: даже утро не обещает ничего теперь.

Я у открытого окна,
И ночь не хочет уходить.
И если это тишина,
То как же с нею дальше жить?

Смотрю я в серость наших грёз, не нахожу я там ответа.
Там нет ни смысла, ни дорог, ни «станет лучше» до рассвета.
И горло давится сильнее, и слёзы льются без причин.
И мир такой же равнодушный. Он рядом. Но я не с ним.

Горло давится от хрипа,
Кожа мокрая от слёз.
Я смотрю и не могу
Оторваться от тех грёз.

Сижу я у открытого окна , и ночь не делает шагов.
Я жду хоть знак, хоть слово или крик .
А слышу только хрип.
И хрип не отпускает горло,
И слёзы льются без причин.
И снова я смотрю на окна.
А там — ни знака. Ни души.