68 дней

Беспилотник, зловеще, над домом кружит.
Словно ястреб добычу, свою сторожит.
Под брезентом, в укрытии, парнишка лежит,
Но совсем не от страха, наш воин дрожит.
Он дрожит от того, что замерз и не спал.
За себя не боится, а просто устал.
Шестьдесят восемь дней он опорник держал
И разведданные, штабу передавал

Но он имеет право на жизнь,
А не считать её долги по часам.
Неумолимая, постой задержись,
Пусти в последний бой ...
На зло врагам!

Он лежит не подвижно, стараясь не спать,
Вспоминая о том, как пошел воевать.
Как семья выходила его провожать,
Как дойдя до калитки, заплакала мать.
Как братишка желал ему легких побед,
Как невеста бежала за уазиком вслед.
Вспоминал, что исполнился двадцать один.
Вместо торта раскаты взорвавшихся мин.

Но он имеет право на жизнь,
А не считать её долги по часам.
Неумолимая, постой задержись,
Пусти в последний бой ...
На зло врагам!

Беспилотник тем временем, скрылся в дыму.
Тихо стало, спокойно. Дождался весну.
Говорил себе парень, поднимайся, боец,
Неприятель отброшен, уходи наконец!
Через боль он собрал свою волю в кулак.
Тут по рации слышит: "Дружище, ты как?"
"Убирайся оттуда, гул орудий затих"
Осмотрелся солдат и побрёл до своих.

Но он имеет право на жизнь,
А не считать её долги по часам.
Неумолимая, постой задержись,
Пусти в последний бой ...
На зло врагам!

Вернулся парнишка,
Остался живой.
"Маэстро"
Его позывной.