Одиссея Царя Лаэрта

    Ночь. Синема восьмидесятых.
    Варшавка. Автосервис. Жигули.
    Покупка. Шквал минут приятных.
    На трассу радости желания влекли.

    Я рассекал проспекты да бульвары,
    Часами ездить было мне не лень,
    Ночами освещали удаль фары,
    Ласкало Солнце целый день.

    Однажды в ресторане ВэТэО,
    Я слышу, поезжай в Зеленоград,
    Надо тачке новой проходить ТэО,
    Вот там спецы проверку совершат.

    Сверкала блеском новенькая СТО*,
    Оформили, оставили на три часа.
    Подумать о худом не мог никто,
    Вернулся и... заволокло глаза.
 
    Что они с машиной сотворили,
    Я, водила-дилетант, не понимал.
    Вероятно, только масло заменили,
    Но украли дефицитный распредвал.

     Как телега вдруг затарахтел мотор,
    Что он изломан было ясно сразу,
    Но нагло мне впаривали вздор,
    Пытаясь оправдать ту кражу.

    Но всё же сжалились уроды,
    - Ладно, по гарантии заменим,
    Бесплатно все проведём работы,
    Мы вас однажды видели на сцене.

    Поклялся я, к ним не обращаться,
    Только реалии своё имеют слово,
    И надо ж зимою как-то статься,
    Что я с утра примчался снова.

    Я вечером играю в "Перелопе"
    Роль царя Лаэрта, отца Одиссея,
    Но обогреватель дико допотопен,
    Исправят, думаю, до вечера успею.

    И вот в цеху я, у дорогой машины,
    Не отойду, соображаю, ни на шаг,
    Да только мастера, они едины,
    Владелец им, платящий враг.

    Я им с душою, - вечером играю,
    Будьте любезны, можно поскорей,
    На спектакль их тщетно приглашаю,
    Те ждали видимо хабар бригадой всей.

    Что говорить, меня мурыжили изрядно,
    Тянули время, обедали часов до трёх,
    Тамнело. Дрожу, выгонят из театра,
    Оставить им авто? Не так я плох.

    К шести часам захлопнули капот,
    Наружу выехал, заледенели стёкла,
    Заусенец поводка от дворника помог,
    Сами дворники сволочь видно спёрла.

    От штыков по Ленинградке я помчал,
    До явки оставалось минут двадцать,
    Поводок мне амбразуру прорезал,
    Без неё не смог бы я добраться.

     От ужаса сорвать спектакль,
    Меня трясло, как в лихорадке,
    Глаза мне пот холодный заливал,
    Но я летел стрелой по Ленинградке.

    Акселератор к полу я давил нещадно,
    Сверлила мозг одна простая мысль,
    Успеть к началу непременно надо,
    А там на волоске висела жизнь.

    Я обгоняя слева красные огни,
    От белых вправо сменял дорогу,
    На скользком шоссе сберегли они
    Мчавшегося обречённо. Слава Богу.

    У телеграфа был рабочий светофор
    Он предательски светился красно,
    Я обогнул, несясь во весь опор,
    Не соображая, как это опасно.

    Машину возле входа бросив,
    Мигом в гримуборную влетел,
    Уже решать хотели оргвопросы,
    Я в пику злыдням, всё-таки успел.
 
    А там уж градус тревоги накалился,
    Ждали, что пришёл теперь мой час,
    Даже «сменщик» ловко объявился,
    Но Господь меня в тот вечер Спас.

    Так улетучились все мои страхи,
    Кто состояние души моей оценит?
    Первый выход мой в ночной рубахе,
    Набросив, пряча руки в грязи, к сцене.

    А потом, в одежды царские одевшись,
    Монархически господствуя в стране,
    Я тайно радовался, офонаревший,
    Моя Фортуна улыбнулась мне.

    *Станция Тех. Обслуживания.

    17.02.2024 года.