Выбор

Я в храме взращена среди колонн,
Где каждый камень в тайну погружён.
Мой взор читал небесный алфавит,
Где тело с вечностью о Боге говорит.
Но ты писал мне письма на шелках,
Рождая дрожь в моих святых руках,
И звал меня покинуть мой алтарь,
И мне, вверяя мир, писал: «Твой царь».
Я тайны звёзд читала по ночам,
Доверив душу храмовым свечам,
Но предала бессмертие богов,
Чтоб ты коснуться губ моих вновь смог.
И в сумерках у зеркала воды
Я не нашла теперь любви следы.
Придя в твой сад, вдыхая пыль дорог,
Лишь лотос цвёл — мой мир был одинок.
— Зачем? — спросила я, роняя прах,
С безумной скорбью в выцветших глазах.
Там женский смех и шёпот чужих губ…
Твой взор теперь к мольбам моим был глух.
А ты ответил, перстень теребя:
— Я слишком долго ждал уже тебя.
Я так устал искать тебя в словах,
Мне мил покой в обыденных делах.
Ты выбрала познание и пески,
А я — тепло другой, живой руки…
И я ушла. Обратный путь закрыт.
Обидно сердцу кровь во мне кипит.
Жрецы молчали, глядя с высоты
На пепел моей преданной мечты.
Я шла одна — вокруг застыл песок,
Мир стал ко мне безжалостно жесток.
Худая стать, лохмотья на плечах
И пустота в измученных очах.
Я променяла звёздный океан
На твой пустой, безжалостный обман.
Я видела, как строятся миры, —
Но прыгнула в костёр твоей любви.
Я истину держала на руках,
А выбрала любви остывший прах.
Я шла за светом — и пришла во тьму,
Поверив сердцем слову твоему.
Я дар бессмертья бросила в песок,
Чтоб ты забыть меня легко так смог.
Я пала ниц — земля моя кровать,
И ей не нужно клятв любви давать.
И примет всё: и рёбра, и глаза,
В которых замерла моя слеза.
Смотри, мой царь, из золотых палат —
Я ухожу в свой бесконечный ад.
Но нет… не ад. Здесь тишина и свет,
Где больше боли от измены нет.
Песок струится, засыпая рот, —
Закончен здесь мой от тебя поход.
Я становлюсь землёй, её струёй
Под жёлтой раскалённою горой.