Что наша жизнь... глава 21

Глава 21
  А сны не давали покоя. Где она ? С кем она? Помнит ли о нем? Почему она так боялась? Она боялась его действий?  Верила ему или нет? На вопросы не было ответов. Он вспоминал, как она рассказывала о себе и все чаще задумывался о её судьбе. Решение отыскать мать Оли пришло спонтанно, в один майский тёплый день. Небо играло голубизной, ветерок гонял по нему веселенькие беленькие тучки, пели птички, зеленели молодые листочки и яркими клумбочками цвели тюльпаны. Вадим подъехал  к детскому дому, спрятанному за поржавевшим от времени металлическим забором. Стайками во дворе бегали ребята, прыгали на скакалках девочки, в песочнице возились дети . Предьявив документы сторожу, открывшемся ему калитку он задумчиво и уверенно отправился в кабинет директора. ШДиректор, посмотрев удостоверение, не задавала вопросов, а смотрела выжидающе на этого важного для нее посетителя. Вопросов могло быть много, уж лучше не напрашиваться. Фамилия Киры заставила её волноваться, спрятать глаза. Прошло уже много времени как уехала девочка под " опеку" и никто никогда не вспоминал Киру, а тут следователь... Поневоле задумаешься, что может всплыть. Подняв голову от бумаг на столе она наткнулась на стальной блеск взгляда посетителя. Таким глазам говорят правду и только правду ибо иное себе дороже.
  Дело Киры нашлось быстро, будто бы ждало, когда же история жизни, спрятанная среди официальных листочков из роддома, отказ от новорождённой, детские прививки, данные паспорта, выданные в шестнадцать лет, удочерение, как теперь было ясно, фиктивное.
  Вадим выписал в свой блокнот все интересующие его  сведения и не говоря ни слова, не прощаясь ушёл.,  заставив своими действиями её заволноваться. Она не получила никаких обьяснений о причинах визита и могла только догадываться, что произошло с Кирой, почему ею интересуются органы. В роддоме он проверил архив, но ничего связывающего Киру с роддомом не нашёл. Пожилая санитарка, к тобой обратился Вадим, шаркая шваброй по линолеуму, объяснила, что если кто-то  и отказался от ребёнка, так точно не в этом роддоме, а поехала рожать в соседний городок, там и город побольше и нравы попроще. Уж очень строга была главный врач, давно на пенсии и живёт на даче, проехать недалеко, может что и знает, может и расскажет. Время позволяло отправиться на поиски доктора, которая могла пролить свет на историю двадцатилетней давности.
  Уютный, весь в зелени, домик откликнулся лаем маленькой собачки, на её голос вышла женщина, которая возилась на клубе перед домом с цветущими тюльпанами. Посмотрев удостоверение, она пригласила гостя в дом, сварила вкусный кофе, поблагодарила за пирожные , которые он прихватил с собой, и только потом стала расспрашивать о цели визита. Выслушав внимательно, вглядываясь в серьёзные  глаза посетителя и понимая, что только что-то  важное привело этого человека к ней. Не задумываясь, она рассказала историю  мамы Киры. Красивая , молоденькая блондинка, о такой мечтал бы каждый мужчина, была замужем за ответственным военным, пожилым и очень строгим, он очень любил красавицу жену и когда случился грех - не устояла  она перед молодым красавцем офицером, не сумели они отстоять свою любовь, не сбежали и не начали новую жизнь где нибудь  далеко, не успели. Отправили возлюбленного на край света, в дальний гарнизон без названия, без права возвратиться, а она сколько могла скрывала свою беременность. Родила девочку, как две капли воды похожую на неё, с такими голубыми глазами и белокурую, что все медсестры сбегались посмотреть на ангела. Сразу после рождения приехал в роддом муж и категорически потребовал отказаться от ребёнка. На него не действовали никакие уговоры. Неизвестно что он ей говорил, что внушал, но белая, как мел, она вошла в кабинет и подписала бумаги. Этой подписью она спасала чью-то  жизнь и обрекла свою малышку на неизвестность.
 Если мужчина захочет покорить или растоптать кого-то,  то ему не будет преград, потому как слаба в своей защите женщина. Чувствовала и доктор свою вину, пыталась как-то  сгладить, рассказать что могут измениться обстоятельства, но понимала, что все бесполезно, на неё смотрели безумные в своём отчаянии глаза молодой женщины, полные слез и боли.