Гармоника продолжение

Братьев дальняя дорога
к приключениям зовёт.
Им навстречу от порога
первым старший брат идёт.

По долинам и пригоркам
вдаль нужда его звала.
Вскоре путника дорога
к перекрёстку привела.

Здесь раскинул крону вечный
дуб. На ветках Кот сидит,
и вещун по-человечьи
то, что будет, говорит:

«Кто пойдёт дорогой вправо,
в город-Небо попадёт.
Там счастливчика услада
и блаженство тела ждёт.

Кто пойдёт налево, вскоре
в город-Море попадёт.
Если сильный, смелый в споре,
злато-серебро возьмёт.

Кто прямёхонько решится
по дороженьке пойти –
может в рабстве очутиться
или в муках смерть найти».

У Степана в сердце радость,
что тут думать и гадать.
Выбор сделав, за усладой
братец бросился бежать.

Горизонт засеребрился.
И хрустальная слеза
по его щеке скатилась –
нега брызнула в глаза

И за сладостью ленивой
Стёпа больше не бежал.
Возносясь, ходок счастливый
в город радости попал.

Город-Небо облаками,
словно куполом, укрыт.
Он не виден, но цветами
нежной радуги горит.

Богачей, убогих нищих –
одним словом, город всех
в мягких облачных жилищах
размещает для утех.

Царь Кайфе* тем градом правит.
От зари и до зари
он лентяям щедро дарит
из блаженства пузыри.


*Русское слово «кайф» произошло от арабского слова
«кэйф» – «время приятного безделья».

У заоблачной владыки
вид индийского раджи.
Он бездельным горемыкам
предлагает миражи.

Пузырей прозрачно-сладких
ждут они, и каждый рад,
что для жизни шоколадной
и безделья прибыл в град.

Царь Степана лаской встретил:
«Я тебя, любезный, ждал,
года три как заприметил,
но хочу, чтоб гость мой знал:

Гостем здесь желанным будешь.
Начинай усладу есть–
все на свете позабудешь,
навсегда оставшись здесь».

Путник тут же согласился:
«Я за этим и пришёл» –
пузырями насладился,
в облака дремать, пошёл…

Между дел, раз срок не вышел,
в путь Ванюша не спешил,
и тайком от всех под крышей
Аистёночка кормил.

В небе солнышко висело,
наводя тень на плетень.
Время быстро пролетело,
три денька – четвёртый день.

Срок пришёл, и снарядился
в путь Борис. Втянув живот,
он папаше поклонился
и ушёл за поворот.

Борю дальняя дорога
ветром, тучей вдаль звала
и из дома от порога
к перекрёстку привела.

Вот и дуб ветвистый вечный,
где, вещая, Кот сидит,
ходокам по-человечьи
то, что будет, говорит.

За обещанной наградой,
той, что выбор обещал,
без сомнения с бравадой
братец вправо пошагал.

Через час, сойдя с дороги,
по тропе, само собой,
смельчака приносят ноги
на песчаный брег морской.

В лёгкой дымке бирюзовой
в море видит средний брат
к путешествию готовый
многомачтовый фрегат.

Море лаской серебрится,
и прибой у ног шумит.
Боря в лодочку садится
и на парусник спешит.

Там, на месте капитана,*
по играющим волнам
он поплыл по океану,
а куда – не знал и сам.

Бездна бурей заиграла,
издавая страшный стон.
Тут герою страшно стало.
«Не спастись», – подумал он.

Шхуна медленно тонула,
погружаясь в океан,
а зубастые акулы
усмехались: "Кто тут к нам?"

Боря словно в сон впадает –
эко диво! В Море-град
под водою попадает
сильный, смелый средний брат.

Город-Море создан свалкой
из разбитых, старых шхун.
«Что-то выглядишь ты жалко!» –
силачу кричит Нептун.

Убаюкав штилем страны,
Он на дне в засаде ждёт,
кто по глади океана
груз богатый повезёт.

Этот царственный безумец
нагонял из бездны страх,
а взмахнёт – и вмиг трезубец
превратит что хочешь в прах.

Страх хранился, где и злато,
в сундуке. На нём сидел
Царь морской и на пиратов
тех, что были с ним смотрел.

Рыбы с Крабами смеются:
«Покорители морей
за сокровища дерутся,
выясняя, кто сильней!»

Царь Бориса строго встретил:
«Я тебя, герой, не звал».
Боря дерзостью ответил:
«Ты награду обещал!»

«Ах, раз так, то оставайся,
всё бери, – сказал злодей. –
Наслаждайся, развлекайся
и сокровищем владей!

Позабудь совсем про сушу,
а иначе горе ждёт:
донный страх, проникнув в душу,
сердце холодом сожмёт.

Здесь опасности повсюду, –
Царь, зевнув, продолжил речь. –
Я тебя стеречь не буду –
будет страх тебя стеречь».

«Дребедень!» Гость не поверил:
страх покорен силачам.
В драке силушку померив,
Боря выбор сделал сам.

Иллюстрация автора.