Как жаль, что ритм изорван в клочья

Как жаль, что ритм изорван в клочья,
И тишина сегодня - дефицит.
Мы заняты и днём, и ночью,
А жизнь меж пальцев сквозит.

Исчезли письма и встречи,
Акварельный неспешный уют.
Нас лампочка душит под вечер,
И гаджеты время жуют.

Раньше — стук в ворота нежданный,
И радость: «Заждались, входи!»
Теперь же — звонок постоянный,
И спешка одна впереди.

Творили и Пушкин, и гений
Безумных симфоний и строк,
Но в круге живых развлечений
Всегда находили часок.

А нынче — прогресс-озорник
Украл у нас право дышать.
Мир в проводах и звонках приник,
Разучившись спокойно ждать.

Мы пишем в спешке, между делом,
Стирая чувства, как эскиз.
Душа в плену оцепенела,
Исполнив техники каприз.

Где дневники? Где игры в прятки?
Где пикники на берегу?
Теперь визит — почти как тайна,
И я прийти так не могу...

Без звонких кнопок, без доклада
Не постучусь в знакомый дом.
Боюсь наткнуться на преграду,
На «занят я», «давай потом».

А Запад манит блеском стали,
Где каждый час наперечёт.
Мы там не жили — мы бежали,
Пока сквозь пальцы жизнь течёт.

Вернуть бы почерк, запах воска,
И тот неспешный, чистый свет,
Где жили Мусоргский с Маяковским,
Не зная «сетевых» тенет.

Мы стали узниками ритма,
Где каждый миг — тугой расчёт.
Исчезла слов живых харизма,
Лишь счётчик времени течёт.

Акварели засохли в коробках,
Фортепьяно в пыли молчит.
Мы в своих бесконечных пробках
Потеряли от жизни ключи.

Заменили письмо — сигналом,
А живое тепло — стеклом.
Нам всё кажется: времени мало,
Мы оставим мечты на «потом».

Но «потом» прорастает в годы,
В механический, суетный шум.
В век технической лжесвободы,
Где гаснет и чувство, и ум.

Оглянуться б — и бросить вызов,
Сквозь прогресса слепой оскал,
Чтобы кто-то в дверях сюрпризом
Просто так пред тобой предстал.

Так пусть умолкнут телефоны,
Хотя бы в этот тихий час.
Пусть оживут родные склоны
И свет, что в суете погас.

Я отложу дела и сроки,
Зажгу свечу, возьму перо...
В наш век технический, жестокий
Верну забытое добро.

Пусть гость придет без приглашенья,
Пусть скрипнет старая кровать —
Ведь в этом вечном неспешенье
Мы только учимся дышать.