Седые пряди

Седые пряди, руки в шрамах,
В глазах усталых – стылый дым.
Они взводили своды храмов
И городам давали жизнь.

Они пахали, строили, любили,
Мечтали о грядущем дне.
Их подвиги давно уже забыли
В своей великой, но слепой стране.

За что теперь им униженье?
За что им мусорный контейнер – стол?
За каждый рубль – сраженье,
И в сердце – кол, отчаянья укол.

Они молчат, не просят, не рыдают,
Лишь прячут взгляд от молодых и  сытых глаз.
По крохам жизнь свою съедают,
Как будто пробил их последний час.

А жизнь – игра на выживанье,
Где проигравшим – нищета и тлен.
И в этом горьком мирозданьи
Их подвиг отдан в вечный плен.

Он строил БАМ и плавил сталь в мартенах?
Кто в космос запускал ракеты ввысь?
Кто поднимался на промерзших стенах,
Чтоб вы сегодня, сытыми, здесь родились?

Теперь они – в поношенных пальтишках,
Считают медь дрожащею рукой.
О них не пишут в глянцевитых книжках,
Им уготован жизненный изгой.

Копаться в баке, прячась от прохожих,
За коркой хлеба, выброшенной прочь…
На чью же совесть это всё похоже?
Кто им устроил бесконечной ночь?

Разве за это кровь они пролили?
За ордена, что пылятся в шкафу?
Чтобы в стране, которую взрастили,
Встречать зарю, похожую на тьму?

Игра жестока. Правила известны.
Кто слаб – тот выбывает, вот финал.
Им на груди теперь не стало тесно.
Медали заменил пустой провал.

На свалке – доблесть, честь и слава.
И поколение великих дел.
Ты им должна, моя держава,
Не этот мусорный удел.

Они просили? Нет, молчали.
Терпели, верили и ждали.
В руках, что мир вам создавали,
Теперь – копейки и печали.

И в этой дикой лотерее,
Где выживает, кто хитрей,
Они стареют и слабеют,
У входа в память прошлых дней.